Экстремальное интервью, или Девушка для героя

 – Мне протянули пластинку с фиолетовыми капсулками, затем Ада передала со столика стакан с водой. – Их можно пить по одной два раза в день утром и вечером…

Я кивнула, вскрыла четыре штуки и, забросив в рот, мгновенно запила водой.

– Лика, – испуганно выдохнула женщина, разом выдав и свое прозрение, и мою плохую маскировку, – вы что? Вы теперь спать беспробудно сутки будете!

– То, что надо, спасибо. – Я обняла подушку, взглянула на Аду и прошептала: – А вы меня узнали…

Она подошла, села на край кровати, ласково прикоснулась к моей руке:

– У вас глаза очень необычные, карие с золотистыми искорками… И улыбка искренняя такая.

– Я не лучик, я солнечный удар… к сожалению… – всхлипнув, я закрыла глаза и поняла, что проваливаюсь в сон.

* * *

Выйдя из комнаты уже спящей девушки, Ада столкнулась с угрюмым взглядом владельца «Семи вершин».

– И давно тут ходишь? – поинтересовалась женщина.

– Так, мимо проходил… тут где-то оставил… что-то… – Алекс понимал, что его ложь выглядит жалкой, поэтому обреченно спросил: – Что с Лией? Она из столовой вся в слезах ушла и…

Ада снисходительно улыбнулась и тихо сказала:

– Алекс, ты хотел сказать – с Ликой? Пресветлой, кажется? – Он понимал, что лгать смысла не имеет, и кивнул.

– Ясно, – произнес Алекс и направился в комнату гостьи.

– Алекс, – остановила его Ада, – ходишь тут давно?

Он уже взялся за дверную ручку, обернулся и посмотрел на своего врача таким затравленным взглядом, что Ада поняла все и без его дальнейших слов.

– Часа четыре, – хрипло ответил владелец «Семи вершин», – хотел успокоиться, потому что… убил бы! Потом хотел зайти и… не мог решиться. Все надеялся, что она выйдет и… Глупо, наверное…

– Наверное, – согласилась женщина. – А кто бывает умным, когда влюблен?

– Я не влюблен! – гневно ответил Алекс.

– Надеюсь, – усмехнулась Ада, – странно видеть тебя вот таким… эта девочка меняет тебя, Алекс. И не в лучшую сторону.

Серые глаза чуть сузились, и все же гнев он сдержал. Сжав кулаки, сестра взглянула на брата, хотелось сказать многое, но сказала лишь:

– Не губи… ни ее, ни себя!

Алекс молча вошел в комнату. Лика спала, обняв подушку, а по ее щекам змейками застыли разводы от туши.

Присев на край кровати, он прикоснулся к ее губам.