Говоря словами Другого

– Не больше чем ты, – вмешался в разговор фон Лоренц. – Технически, мы точно такой же набор электромагнитных импульсов. Безусловно, мы обладаем телом, но только одним. Ты же, обладаешь опытом десятков разных тел. Так что я бы на твоем месте сильно не переживал.

Очередная чушь, подкрепленная достаточной уверенностью, возымела определенный успех. Ирвинг О’Геал уже не мыслил себя в качестве «воскрешенного» существа. Он постепенно начинал воспринимать себя в качестве новой личности, неосознанно создаваемой в процессе существования.

– Вот видишь, все не так уж плохо, – тем же тоном продолжал руководитель проекта.

– Пожалуй, что так, – согласилось с ним «существо».

– Тогда давай так. Ты и так сегодня уже многое пережил. На сегодня достаточно. Продолжим завтра.

Ирвинг был согласен, хотя его мнение едва ли было способно на что-либо повлиять.

***

Эйфория, предшествующая «воскрешению» бесследно испарилась после первых слов «существа». Ее вытеснила работа, и то колоссальное, эмоциональное напряжение, требующееся для контроля над чужими переживаниями. К середине разговора Мишелю Отре безумно хотелось воды, а ближе к концу еще и в туалет. Слабые мышцы гудели от напряжения.

«Нужно рассказать об этом жене и детям», – гордясь, думал он про себя. Той самой жене, и тем самым детям, которых он любил, но не видел уже довольно давно. Да и встречаться с ними у него не было абсолютно никакого желания.

Мыслеречь, осуществляемая за счет телефонных волн, затянулась до поздней ночи. Для того, чтобы почувствовать транслируемую гордость родственников, не нужно было обладать развитыми эмпатическими способностями. Она практически не скрывалась, и каждый из них хотел чувствовать себя причастным.

– Завтра об этом будет знать весь мир. – Закончила разговор жена и отключила от своего сознания Мишеля.

– Весь мир, – повторил за ней Мишель. Тот самый мир, в который он не выходил уже более двух лет, с того самого момента, когда ездил осматривать технику. Тот большой мир, который продолжал существовать за пределами их маленьких, но уютных комнат.

Ночью ему снился сон, в котором не осталось других людей.