Натурал

Ты же знаешь, шеф не разрешает до восьми уходить. Твой хороший друг, между прочим.

– Вот и отлично. Я ему позвоню и скажу, как ты самоотверженно боролся со сном и с улыбкой встречал ранних гостей.

– Ты будешь, что-то заказывать или только кофе? – спросил бармен.

– Влад, будь любезен, принеси мне мою сумку из холодильника. Там еда от Глеба и шампанское.

– Сейчас.

– И ещё. Есть, кому разогреть или ты один?

– Один, отпустил официанта пораньше, но для твоего друга, мы были оба на рабочем месте.

– Обманывать друзей не привык, могу лишь промолчать, если он не спросит,– честно признался я.

– Пойдёт. Он не спросит. Не волнуйся, еда будет горячей. Сам разогрею. Меня наш шеф-повар научил.

– Глеб и меня научил готовить. Золотые руки.

– Клим, подожди. Ещё один посетитель. Спортсменка. Наверное, за кофе.

Я повернулся и ужаснулся. На пороге стояла Джу-вон в той же одежде, что и вчера вечером.

– Доброе утро!– обратился бармен к ней,– Мы открыты. Проходите. Что Вам предложить?

Было очевидно, что его задача не выпустить клиента без заказа.

– Доброе! У меня встреча вон с тем молодым человеком,– она ладонью указала на меня.

Я привстал и с натянутой улыбкой пошёл ей навстречу.

– Может, сначала позавтракаем, а уж потом займёмся нашими делами?– предложил я.

– От кофе не откажусь, а есть, пока не хочу.

– Клим, так мне разогревать или как?– уточнил бармен.

– Есть не будем, лучше свари нам свой фирменный кофе.

– Присаживайтесь, я мигом,– сказал Влад.

Ещё раз посмотрев, теперь при свете лам, на одежду Джу-вон, спросил:

– Проспала? Поэтому не успела переодеться?– начал я разговор.

– Такой задачи не ставилось. Я считаю, что для заключения клиентского договора, такая форма одежды весьма приемлемая, так, как клиент очень часто приходит на первую встречу в спортивной одежде.

– Как, я например?

– Возможно. Может, лучше поговорим о Вашем деле?

Глядя на Джу-вон, я отметил, что она не потеряла своей привлекательности. Немного раздражали её тёмно-каштановые волосы, собранные в хвост, как на пробежке.

– Как скажешь,– сказал я и перестал её рассматривать.