Сон-трава. Истории, которые оживают

– А и правда, Нюра, чего нам этот вирус? – успокоившись, сказала вдруг бабка Зоя, – Мы в войну лебеду ели, золой мылись, а теперь-то чай до такого не дойдёт, выживем.

– Выживем, – согласилась наконец с подругой бабка Нюра, – Русские не пропадут. Пусть только сунется к нам вирус этот, в короне…

Свадьба

– До чего весёлы раньше свадьбы-то были!

– И не бай, Нюра, не чета нынешним.

– Умели мы погулять, Зоя, помню, когда Борька женился до того дошло, что Федьку Сивого потом три дня найти не могли.

– Как не помнить, всем селом его тогда искали, думали уж утоп, а он окаянный в соседней деревне нашёлся!

– Ой, до сих пор, как вспомню, так покатываюсь со смеху, – вытерла слёзы бабка Нюра, – Это ж надо, уснул в чужой телеге, рогожей прикрылся, чтоб комары не заели, а гости-то как стемнело домой засобирались, дети, мол, малые дома, надо ехать, спасибо за хлеб-соль, сели на телегу, ну и укатили. Вместе с Федькой.

– Ить до чего спал, – смеялась бабка Зоя, – И не понял, что везут его и не проснулся.

– Какой понять, он ещё на следующий день до обеда под тою рогожей-то дрых. А к обеду проснулся, глаза открыл и не поймёт ничего, темно, душно, сверху давит чаво-то.

– А это хозяева навозу навалили сверху, в город собрались везти, на продажу по договорённости. Дочку свою старшую отправили, она с лошадью хорошо управлялась.

– Ой, Нюра, смех! И ведь тоже Федьку не заметили.

– Заметишь его… Тощой был, что твоя клюка. Это уж опосля его Наташка-то раскормила.

– Вот нам с тобой смешно, Нюра, а Наташу, поди, тогда чуть кондратья не хватила, когда посреди леса Федька из-под навоза заголосил.

– Не бай-ка, Зоинька, – снова покатилась со смеху бабка Нюра, – Дурак-то, испужал девку. Я, говорит, думал, что в гробу очнулси! Заголосил да полез из-под рогожи-то, благо не шибко большая гора навоза была. Наташка как тако явление увидала, так с телеги-то и повалилась, руками замахала, закрестилась.

– А Наташка глядит како чудище на свет Божий из говна вылезло, так и бросилась в лес бежать, не разбирая дороги, думала конец ей настал. Сожрёт её эта нехристь сейчас и костей не найдут в лесу. Я, дак чай там же бы и померла со страху.

– Сравнила, старая, себя и девку молоду! У неё сердце-то крепко будет, чай.