Русалья неделя

Ухватив ребят за руки, ведьмы выволокли их к костру, и увлекли в свой безумный хоровод. Время застыло у этого тёмного озера, а нечисть всё не унималась. Ребята выбились из сил, дыхание прерывалось, в глазах плыла кроваво-красная пелена.

Наконец впереди, над лесом забрезжила, еле видимая пока, розовая полоска рассвета. Луна побледнела и словно скукожилась, звёзды погасли, жёлтый туман вновь пополз с озера рваными клочьями. Нечисть бросила ребят на траву и подошла к трону.

Друзья лежали почти в беспамятстве, еле дыша.

– Мы умрём, да? – приоткрыв глаза, спросила Миля.

Никто не ответил ей.

– Королева, ночь подошла к концу, мы уходим до следующего года, пора! Какое же твоё решение? Ты отдаёшь их нам? – ведьмы махнули рукой на ребят лежащих на траве.

Ирина вновь обвела всех взглядом, сжимая что-то в руке.

– А если я не соглашусь?

– Тогда нам придётся избавиться от вас всех, включая и тебя, – засмеялись ведьмы, – Твоя ночь власти подошла к концу. С первыми лучами солнца ты уже не будешь королевой.

Но если ты отдашь нам своих друзей, то мы отпустим тебя и ты сможешь вернуться домой!

Ирина улыбнулась и встала с трона.

– Я не торгую друзьями и теми, кого люблю, пошли прочь, проклятые!

Она подняла вверх руку и раскрыла ладонь, в ней блеснуло что-то крохотное. Артур сморщился – что-то знакомое было в той вещице, но голова раскалывалась, и он вновь уронил её на траву.

– Медальон, – внезапно вспомнил он, – Медальон, который Ирина всегда носила, не снимая.

Он был серебряный, округлой формы, а внутри него что-то лежало, мягко позвякивая, когда Ирина звонко смеялась, и плечи её подрагивали или когда она наклонялась к нему для поцелуя… Ирина никогда не говорила, что в нём. Иногда отшучивалась, что, мол, подарочек от бабки ведьмы, что-то вроде талисмана.

Ведьмы заволновались, поглядывая на Ирину, и не понимая, что она задумала, однако же нутром чувствуя опасность, исходящую от той маленькой вещицы в руке девушки.

В это время послышался глухой рокот, треск и шум.

Ребята с трудом приподняли головы и увидели, что все дома, что были в деревне, встали над землёй на могучих, корявых лапах. С шумом вырывали они из земли свои ноги, освобождая их от комьев и камней и стряхивая с них траву. Расправляя лапы, поднимались они на вышину деревьев, и медленно, со скрипом, выходили на дорогу, ведущую к озеру.

Свет в окнах погас. Да и сами избушки сейчас выглядели вовсе не такими, как вчера.