Мизгирь

Она располагалась буквально километрах в семи от трассы и даже грунтовая дорога, ведущая к ней, была вполне сносной, хотя здесь по словам Саныча никто не жил уже лет тридцать.

Деревня встретила нас молчаливыми улицами с потемневшими от времени избами. Ветер гнал по небу серые тучи, начал накрапывать мелкий, холодный дождь, пробирающий до мозга костей. Темнело.

– Наверное, стоит заночевать в деревне, а завтра отправимся на болота, – сказал я, глянув на небо.

– Пожалуй, что так, – поёжившись ответил Влад, – Пойдём, поищем дом для ночлега.

Мы оставили машину у первой избы и пошли по улице, осматриваясь по сторонам.

Из-за серого дождя и низких туч, нависших над нами, уже практически стемнело и нужно было торопиться.

– Да чего выбирать? – сказал Влад, – Войдём в первый попавшийся дом, да там и заночуем. Они все одинаковые.

– А ну как здесь всё-таки остались ещё жители? – покачал головой я, – Ещё решат, что забрались какие-нибудь грабители или чёрные копатели, да ударят по башке, пока спим.

Влад нехотя пожал плечами, поправил рюкзак на спине, и мы тронулись в обход.

Деревня устроена была странно, дома здесь стояли не ровными рядами, как это бывает обычно, а вразброс. Они рассыпались по пригорку, словно кто-то бросил невидимой рукой кубики с неба, и они упали как попало, да так и остались.

– Да какие тут могут быть жители, Санёк? – чуть ли не заныл Влад, – Ты глянь, тут даже проводов на столбах нет. Ни света, ни газа, ничего!

Я поднял глаза наверх. И правда, старые накренившиеся столбы были пусты, лишь кое-где болтались на них обрывки проводов, видимо не скрученных ещё в тяжёлое время искателями алюминия и меди.

– Всё равно давай обойдём, – остался я при своём мнении.

Влад вздохнул:

– Чёрт с тобой. Могли бы уж тогда хотя бы на машине ехать, а не бросать её на околице.

– Ещё не насиделся в машине? – спросил я у него, – Весь день сюда ехали.

– Слушай, если бы тут кто-то жил, мы бы увидели хотя бы огонёк в окошке, ну или дымок из печной трубы, – сказал Влад, – Ведь должны же они как-то готовить себе пищу, раз электричества тут нет.

Я огляделся. Над деревней стояла мёртвая тишина. Какая-то даже слишком тихая, я бы сказал. Чёрные, промокшие от дождя избы накрыли пригорок, как стая ворон, опустившаяся на наживу.