Зеркала и галактики

 – И вон еще, – он указал на дыру в земле подальше от стены; именно там он в прошлый раз добыл отвергнутый Соной камень. – Где-то была третья… – Он огляделся. – Ага! Вон, видишь? Длинный разлом. Когда хлещут осенние ливни, потоки мчатся через всю Долину. Они могут подхватить Руби на том конце, где Смерть, и принести сюда. Вода уходит в колодцы и просачивается вглубь, а Руби оседают. Я про это читал в одной нудной легенде. Такая скучища, что ее, наверное, больше никто не сумел одолеть.

Мстислав стал на карачки и заглянул в колодец.

– Хм. Похоже, не ты один читал ту занудь.

Дэсс по его примеру тоже опустился на четвереньки и глянул в провал.

Очки позволили увидеть то, чего он не рассмотрел в прошлый раз. Глубокий, сужающийся книзу колодец имел два яруса с подобием колонн – более твердая уцелевшая порода четко выделялась среди черных промоин. В самом низу кучкой лежали отполированные водой кости СерИва: видны были треугольный череп, ребра, рука. Вторая рука висела отдельно, намного выше – кисть застряла среди камней, да там и осталась.

Дэсс передернулся, вообразив себя на месте погибшего.

– Бедняга висел, пока не умер…

– Или пока у живого рука не оторвалась, – добавил Мстислав, осматривая внутренность колодца. Затем он лег и перевесился через край, так что Дэсс в испуге схватил его за ноги. – Ну-ка, что тут у нас? Не видать твоих Руби; а лезть в самый низ не тянет. – Телохранитель поднялся. – Ладно, поглядим номер два.

Снова пошли: княжич впереди, Мстислав следом. Вторая дыра была довольно далеко от стены ущелья – полсотни шагов, не меньше.

На середине пути земля под Дэссом хрустнула и подалась. Мстислав дернул княжича на себя, и тут они провалились вдвоем – к счастью, всего лишь до колен. Оба опрокинулись набок и быстро отползли назад.

– Чуяло мое сердце, что подлянки не миновать. – Мстислав оглядел свежий пролом. – Да там все размыто! Одна корка осталась, ее трава держит.

Дэсс озадаченно уставился на пошедшую трещинами землю.

– А в прошлый раз меня спокойно выдержала.

 – Княжич спохватился, что тогда он был намного легче, и пошутил: – Это все из-за тяжелого намордника.

– Очки сильно давят, – поддержал его Мстислав. Приподнявшись, он вслушался, не хрустит ли ненадежная опора. – Вот что: отправлюсь-ка я один. Не возражать! В тебе весу больше на полкило: как пить дать ухнешься.

– А ты таскаешь лучемет. Тяжеленный.

Телохранитель повернул к Дэссу лицо, скрытое за страховидными очками и намордником.