Подземный-Каменный

Как всякая женщина, и чуть больше того. Приворотное зелье я отлично готовлю.

Лих оторвался от работы. Белана не шутила: она искренне предлагала Эр-Ветру сварить зелье для него и Марийки. Лиху кровь бросилась в голову, и руки стали горячие и злые.

Эр-Ветер опустил взгляд; ресницы притушили холодный блеск глаз. Он снова спросил:

– А обратное зелье, чтоб разлюбить, ты умеешь готовить?

– Тоже умею. Но обратное зелье должны пить двое по своей доброй воле. Иначе проку в нем нет.

Лих вернулся к работе.

Марийка сделала вид, будто мать просто так говорила, вообще.

– Я тоже много чего умею, – сообщила она доверительно. – И даже полезного чуточку.

– Человека в мышь превратить можешь? – поинтересовался Эр-Ветер.

– Ага! – радостно закивала Марийка. – Хочешь, сама превращусь?

– Давай.

Она сжалась и пискнула мышью. Снова пискнула и сделалась еще меньше, росточком с ребенка.

– Марийка, перестань.

Он думал обнять ее, помешать колдовству, но она отвела его руку – и пропала. На столе, среди крошек и стружек, сидела серая, с зеленоватым отливом, мышка. Она просеменила к узелку со снедью, мигом прогрызла в полотенечке дырку, вытащила сухарик с цукатами и понесла в пастишке к Эр-Ветру, положила возле руки. Отпрыгнула, когда он хотел накрыть ее ладонью, шмыгнула через стол обратно к Лиху, скакнула вниз, на скамью, – и вновь обратилась Марийкой.

– Здорово получилось?

– Молодец, – похвалила мать. – В следующий раз превратишь Лиха в зайца, чтобы скакал порезвее.

Что он ей сделал дурного? За что насмехается? Лих достал из кармана перстень без камня, примерил к нему свою работу. Почти ладно вышло.

– А если Марийка выйдет замуж, – снова заговорил Эр-Ветер, – она не станет настоящей колдуньей, как отец?

– Стану, – Марийка задрала подбородок.

Белана отнеслась к вопросу серьезно. Задумчиво поглядела на дочь, затем – на Эр-Ветра.

– Если выйдет замуж, она многого не сможет. Так Марий считает. Но я полагаю, что женское счастье важнее колдовских штучек. Хороший муж, здоровые дети… А горшки в пляс она и сейчас легко пустит, – закончила Белана с улыбкой.

Марийка прижалась к Лиху – и будто впервые заметила, чем он занят.