Криминальный карнавал

Синий ехал сзади; и вдруг как заголосит, как замигает! Я аж подпрыгнула, выскочила посмотреть, что стряслось. А они задом наперед возвращаются.

– Что-нибудь купили?

– Да… – Диана свела брови, припоминая. – Яблочный сок.

– Кто именно? Серый или синий?

– Из синего вышел водитель, а второй остался сидеть.

У Джена синяя «альфетта».

– Как выглядел тот, что вышел?

Толстушка оглядела нас, словно колеблясь, стоит ли иметь с нами дело.

– Пожалуйста. Это очень важно, – просительно сказал Сальватор.

Она вздохнула; колыхнулась под кружевным фартуком объемистая грудь.

– Стряслась беда? По вам видно… Он молодой, на вид приятный. Вежливый, улыбался. В темных очках, высокий, ладный.

Стукнуло сердце. Джен!

– У него были шрамы на лице? На подбородке, на щеках – ровные, как белые ниточки?

– Нет, что вы! Чистое лицо, бронзовый загар. Светлые волосы, вот посюда, – она показала на середину своей полной шеи.

– Обручальное кольцо? – подсказал Сальватор. – Приметная родинка?

Толстушка виновато улыбнулась.

– Я вам не уголовная полиция.

– Как он был одет? – продолжал я.

Она вытянула трубочкой губы, в задумчивости причмокнула.

– Джинсы и белая блуза с длинным рукавом и высоким воротом. И с нашивкой: кораблик под парусом. Скромный такой, черно-белый.

– Еще что-нибудь вспомните?

Диана развела руками.

– Он вскрыл сок, попил и сразу поехал.

– А черная машина и желтый микроавтобус?

– Ой, не видела. У меня посетители были, я с ними заболталась, вот как с вами.

– Фургон с рекламой кока-колы не припомните?

Хозяйка прыснула.

– Припомню. Такой грохот был! Я опять выскочила посмотреть. У них сбоку рекламный щит отвалился, брякнулся на дорогу. Водитель с напарником так ругались, что стыдно слушать. Долго возились, прилаживали на место, а потом дальше поехали.

Съемные щиты. Этот фургон никогда не найдут.

– Какого цвета был кузов под щитом? – спросил Сальватор.

– Да он другим боком ко мне стоял. А так… синий… или серый… линялый, в желтых пятнах.

Таких линялых в Эсталусии тринадцать на дюжину.

Мы задали еще несколько вопросов, но больше ничего ценного не услышали. Внешность водителя и его напарника Диана не запомнила.

– На таких ругателей смотреть – душе противно, – объяснила она. – Да и стояли они… ну… не рядом.

– Большое вам спасибо. – Я постеснялся предложить деньги: Диана так искренне стремилась нам помочь; не обидеть бы.