Пять осколков души

Нет, начались они раньше объявления приёмыша Торна феей. Но прежде не на кого было свалить свои неудачи, а теперь нашлось.

***

Тот день, с которого началось повествование, не задался с самого начала.

Вилл проснулась под вопли, доносившиеся с улицы. Всю ночь до зари она убиралась в кафе: чистила, мыла, ремонтировала и проверяла работу оборудования. Опекун заявил вчера, что она уедет скоро, а кто ему поможет, если что-то сломается? Да и генеральную уборку не мешало бы произвести. Как премия, возможность поспать на один час дольше.

Прикрывая зевки ладошкой, Вилл вышла на крыльцо. Ведь и так понятно, что теперь выспаться не удастся. Да и случилось, наверное, что-то из ряда вон выходящее. Девушка даже припомнить не могла, чтобы сразу пять человек пришли что-то требовать и обвинять.

– Вот она! – взвизгнул синьор Петро, комкая соломенную шляпу. – Это она устроила! Весь урожай… все мои помидорчики… всё смерч разметал!

– Да-да! – застучала массивной клюкой синьора Белла.

– Ведьма она! – проскрипел старый Дон. – Как есть, ведьма! Всё стадо, как сбесилось! Как его теперь собрать?

Что орали другие, Вилл особо уже не слушала. Здесь был и кузнец Горн, и модистка Сара. Только по всему выходило, что все эти гадости свершила она, Вилл! И никого не смущало, то обстоятельство, что произошло это в разных, далёких друг от друга местах, одновременно, а обвиняемая в это время крепко спала в своей кровати, устав от работы до изнеможения.

– Она же ведьма или фея – тёмный их разберёт! – басил Горн. – Что им расстояния? Что им сон! Пожелала и хоп – всё само делается. Им трудиться не надо. Они ж, магией владеют. Тьфу! – он плюнул себе под ноги.

– Верно, верно! – загалдела уже собравшаяся со всех окрестных улочек толпа.

– Что вы от меня хотите? – испуганно спросила Вилл.

– Вертай всё назад и немедленно! – топнула ногой синьора Сара.

– Я… я… я не умею… – Вил посмотрела на свои стёртые до кровавых мозолей ладошки и расплакалась.

– Врёт! Врёт, как всегда! – вызверился Петро. – Все ведьмы лгут!

– Ну, что вы, – сдавленно просипел Торн. Он и сам был испуган таким развитием событий.

Опекун уже выбился из сил и охрип, пытаясь доказать, что его воспитанница в их бедах не виновата. Только кто бы его сейчас слушал!

И тут случилось некое чудо.