Ведьмак. Белый волк и чёрный камень

И как только молодухи скрылись за ближайшим тыном, он двинулся в сторону родника.

Шелест песка под ногами нарушил покойную тишину. Завеса белёсого тумана, словно, тоже ждала чужака, дрогнула и стала быстро рассеиваться. Таинственный зверь, если и караулил что-то, лениво уходил, ускользал вслед за туманом, так и не проявив своей личины. Показалось, что глухо, как удары вёсел по воде, прозвучал шелест мощных крыльев, и серая тень пронеслась над водой.

– М-м у-у… – указывал всей пятернёй Финя куда-то вперёд в сторону несущей опавшую листву и поломанные бурей ветки воды.

Там из куста тальника торчала человеческая рука.

– Вытащить пытался? – укоризненно пробурчал Видан. – Зря. Никогда не трогай покойников, и даже не подходи ближе, чтобы не наследить. Не всегда такие как я, сведущие, первыми по зову придут. – Поучал он пацана, осматривая всё вокруг. – Ты же и виноват останешься…

Хм, а вот это было очень интересно. Финя, конечно, был невероятно силён для своего возраста. И только поэтому, ему удалось вытянуть мужичка из воды, правда, не полностью, а лишь головой на берег.

– Ну-ка, малой, – позвал он добровольного помощника, – подмогни слегка. Покойников ты не боишься, посему, хватай его за руки и как скажу, тяни на берег.

И сам полез в воду освобождать труп из ловушки.

– Что ж тебя занесло сюда-то? – размышлял ведьмак, оглядывая изломанную фигуру мужика, чуть позже. – Мне или себе вчера гулять предлагал?

Привычка разговаривать с жертвами неизвестных сил уже давно укоренилась в нём.

Иногда ему казалось, что сама ведьминская сила издевается над ним, Виданом, что она отдельное разумное и своеобразное существо, неведомо как внедрённое в его тело и сознание. Потому и существует, хоть и вместе, но часто действует так, как ей вздумается.

Но рассуждать на эту застаревшую больную тему, Видану было особо некогда. Он осматривал выуженное тело.

Вид у трупа был такой, словно огромная собака схватила несчастного за шею со спины и долго трепала, как тряпичную куклу. Ведьмак задрал по очереди рукава и прилипшие к босым ступням штанины.

– И где же ты, человече, свою обувку потерял? – бормотал он при этом, ворочая покойника и, понятливо хмыкая.