В тихом омуте

Немного попетляв по темным улочкам, мы оказались где-то в конце деревни, на самой последней улице, и остановились у палисадника одного из домов, в окне которого тускло горел свет ночника. Все вокруг тонуло в темноте. В окне мелькнула фигура, и пока Андрей помогал мне с вещами, из калитки показалась хозяйка, освещая себе дорогу неярким светом керосиновой лампы, которую она держала перед собой.

На вид ей было не больше пятидесяти. Поверх домашнего халата она накинула шаль и сейчас, зябко подернув плечами, вышла нам навстречу.

Маленькое пламя в лампе то и дело подрагивало, время от времени выхватывая из темноты неожиданные детали окружающих предметов. Тени витиевато ложились вокруг, задерживаясь в складках одежды и на лицах, придавая окружающему некий эффект нереальности происходящего, а затем расползались по углам и тонули в ночной темноте.

Хозяйка поздоровалась и помогла мне с чемоданом. От моего внимания не ускользнуло то, как бабуля отвернулась и поджала губы, проигнорировав приветствие. Я, подхватив сумку, поблагодарила Андрея за помощь, попрощалась и отправилась вслед за женщиной.

Андрей мне помахал в ответ и через минуту скрылся в конце переулка.

Хозяйка – звали ее Надежда Егоровна – проводила меня в дом. В сенях пахло деревом и сушеными травами. Вдоль стены стояла лавка, на ней оцинкованное ведро с прозрачной питьевой водой. Под потолком натянута бечевка, с которой вдоль всей прихожей свисали букеты сухоцветов. Среди них я разглядела ромашку, чистотел и крапиву. Остальные были мне неведомы.

– Про то, что автобус сломался, мне соседка рассказала – сообщила Надежда Егоровна. – Та слышала, как Андрей с бабкой по телефону разговаривал. –пояснила она, распахивая дверь в дом и пропуская меня вперед.

Слева располагалась настоящая русская печь, справа – небольшой диванчик. Над ним старинные часы с гирями. Впереди окно, обрамленное белыми легкими занавесками. У окна стол, покрытый нарядной клеенчатой скатертью, с небольшой вазой с веточками рябины по центру. На полу ковровые дорожки.

Чистенько и уютно.

Справа от кухни – спальня. В спальне – старомодный сервант. Справа от него панцирная кровать с деревянной спинкой, аккуратно застеленная свежим постельным бельем. Напротив – окно, сейчас задернуто плотными, мятного цвета шторами. Рядом с кроватью тумбочка, на которой стоял поднос, заботливо прикрытый вышитой салфеткой.

– Располагайся. –предложила хозяйка. – На тумбочке перекусить тебе оставила – кивнула она на поднос.