Собирали злато, да черепками богаты

А я должен на эту жуть любоваться…

– Стареешь, Васильич, – заметил Овчаров, осклабившись жёлтыми, неровными зубами. – И что ты, в толк не возьму, хмурый, как сыч? Ты ж теперь начальство! Самому начальнику полиции докладываешь, а прямо что туча грозовая.

– К матери бы под вятери это начальство… Я начальствовать не привык, я своими ногами, руками, глазами и ушами привык работать, а не команды раздавать: сходи туда, сделай это, проследи за тем… Ещё теперь с этим трупом морока… Как, спрашивается, его личность устанавливать?

– Да, Вася, сложно, – согласился доктор, закрывая свой чемоданчик.

– Иди уже, – махнул рукой Василь Васильич, потирая поясницу. – Эх, спину ломит ещё… К дождю, что ли… Что скажешь, Никитич?

– На небе ни облачка.

– Тьфу ты, я не про то. Что о деле нашем скажешь?

– Глухое дело, Васильич. Ни документов, ни головы… При убитом нет ни денег, ни вещей. Можно было бы предположить ограбление, но зачем тогда голова?

– Чтобы мы не узнали личность убитого.

– Зачем?

– Ну, к примеру, для того, чтобы при случае иметь возможность воспользоваться документами убитого и выдать себя за него. Или же, если близкие убитого могут легко направить следствие по следу убийцы… Ты всё осмотрел здесь?

– Обижаешь, Василь Васильич! Я, между прочим, даже землю на оконной раме нашёл, из чего можно сделать вывод, что убийца выпрыгнул в окно.

– Или залез в него… – Романенко крякнул и опустился на колени.

– Васильич, я же всё осмотрел! Охота тебе самому по полу елозить! Ты ж начальство всё-таки…

– Иди ты к чёрту, – раздражённо бросил Романенко. – Всё, говоришь, осмотрел?

– Всё… – неуверенно ответил Илья Никитич.

– А что в том углу? На полу? Позади тела?

Овчаров тотчас прильнул к полу и поднял завалявшуюся в углу запонку.

– Надо же, запонка…

– Эх ты, пустельга, – Василь Васильич, кряхтя, поднялся на ноги. – Осмотрел он всё… Доверь вам!

– Виноват, Василь Васильич…

– «Виноват!», – передразнил Романенко.

– Почему ты решил? Может быть, она принадлежала убитому или кому-то из прежних пассажиров…

– Невозможно.

– Почему?

– Здесь регулярно убираются. А полотёры, в отличие от сыщиков, мало-мальски ценных вещиц по углам лежать не оставляют, а кладут к себе в карман. А у нашего покойничка запонки на месте.