Слава России

Иные из них в ужасе бежали прочь, другие падали на колени, закрывая руками лица. А иные бились на земле в горьком отчаянии, ибо лишились зрения. Среди них был и отец Санды.

Наконец, небесный свет, исходивший от старца, погас. У его ног лежал бездыханный Никита, а у крыльца ползали, рыдая и прося пощады, несчастные слепцы. Ратмир с плачем бросился на труп отца. Санда не отходила от него ни на шаг. Всхлипывая сама, она ласково обнимала его, шепча слова утешения. Леонтий опустил руку на голову отрока, сказал мягко:

– Крепись, мой сын.

Отец твой мученического венца сподобился, велика теперь честь ему в чертогах Господа нашего!

Осторожно вышли из дома дети с Агафьей.

– Батюшка, – запричитала старуха, – да ведь эти нехристи совсем изувечили тебя! Позволь омыть раны твои!

Леонтий и впрямь был жестоко изранен, весь покрыт ссадинами, белоснежные волосы его слиплись от крови. Однако, отстранив Агафью, он покачал головой:

– Со мной после, матушка. Сперва должно помочь сим несчастным людям, – старец кивнул на рвущих на себе волосы от отчаяния слепцов.

– Да чем же им теперь поможешь? Покарал Бог злодеев, и поделом им!

– Господь наказует, Господь и прощает, – вздохнул Леонтий. – Принеси-ка масло наше, матушка.

Старуха повиновалась и вынесла из избы сосуд с освященным маслом.

– Детушки, – поманил старец своих воспитанников, – возьмите сей сосуд и смажьте слепцам очи, а я буду молиться, чтобы Господь отверз их.

Дети исполнили приказание возлюбленного наставника, и через считанные мгновения все слепцы вновь стали зрячими.

Полубезумными от пережитого страха и радости вновь видеть дневной свет глазами озирались они вокруг себя и, пятясь, уходили, с великой робостью глядя на высокую фигуру старца, крестящего их вослед.

– Колдун! Колдун! – слышались испуганные голоса.

– Несчастные, темные люди… – покачал головой Леонтий и, наконец, позволил Агафье отереть кровь со своего лица. После этого он вернулся к телу Никиты, опустился перед ним на колени, трижды земно поклонился, крестясь, а затем, возложив руки на головы застывших в горестном безмолвии Санды и Ратмира, произнес своим мягким, вкрадчивым голосом:

– Терпите, детушки, как Господь наш терпел.

И друг друга держитесь. Вас Бог друг другу дал.

***

Последние дни весны выдались знойными и засушливыми, и после долгого перехода жадно припали кони к водам Стугны. Здесь надлежало сойтись русской рати с половецкими тьмами или же заключить с ними мир.