Хелен Каштанова

– О, замечательная, а я разве говорила тебе, что хочу сегодня отправиться в театр? – казалось, ее вопрос с каждым новым словом нагнетал в ней волнение.

– Конечно, я в курсе всего, что происходит в твоей жизни.

Он подошел к большому зеркалу и оценивающе посмотрел на образ в зеркале.

Хелен вдруг не захотелось переодеваться, руки и ноги стали ватными, и она подумала о Фреде. Ее мысли были тревожными и не покидали ее голову.

Сильный красивый мужчина остановился в дверях гардеробной комнаты, весь в белом, тонкая льняная рубашка и брюки, – подчеркивали статус владельца и преобладание в нем голубой крови.

– Я ждал тебя, любимая, пойдем, составишь мне компанию.

В такие моменты Хелен превращалась в маленького пушистого зайчика, который смотрел на возвышавшегося над ней удава.

Хелен медленно, уже машинально стягивала с плеч пальто, казалось, руки перестали ее слушаться и страх полностью завладел ее телом.

– Давай я помогу тебе…

Всеволод подошел ближе, аромат его дорогого парфюма пронизывал каждую клеточку ее обоняния.

Тогда Хелен стало немного легче, родной приятный запах согревал, и дрожь медленно отступала.

– Как прошел твой день? – ее голос звучал нежно и непринужденно.

– Я много сделал сегодня ради нашего светлого будущего, милая, завтра буду весь день рядом, сходим куда-нибудь вместе или – еще лучше – слетаем на пару дней в Париж.

– Хелен, казалось, была все еще далеко, а руки Всеволода уже скользили по ее тонкой талии и останавливались на ягодицах.

Горячее приятное дыхание, пропитанное вкусом виски, она ощутила на шее, затем резкое движение оголило, – нежные плечи и сильные руки подсадили Хелен на одну из больших полок.

Всеволод всегда сменял нежную аристократичную натуру, – сильными и напористыми действиями.

Он не был дерзким, он был победителем.

В его порывах не было наглости и отвращения, он вселял силу и безукоризненную энергетику власти.

Он был лидером.

Наспех снятая одежда тянулась по полу из самой гардеробной комнаты и завершала свой шлейф в спальне.

Поцелуи внизу живота и неспешно выше, широкая спина сверху, он опирался руками на ее подушку и полностью погружался в нее раз за разом, усиливая движения в ритме.

Весь страх рассеивался, и она уже не думала ни о чем тревожном, она просто поедала его губы, он касался ее груди, полной возбуждения, ее ноги сплелись на его талии, не желая освобождения.