Хелен Каштанова

– Фред, ты что, на тебя я всегда найду время, ты мой единственный друг.

Это нарекание звучало сейчас унизительно и бесполезно, Фред никогда не хотел быть просто другом и всегда закладывал в их дружбу надежду.

Фред, я поеду с тобой в супермаркет, помогу тебе не накупить гадостей!

Ее смех звучал, – как унижающая и самая прекрасная звонкая трель на свете.

– Хорошо, где ты? Я заеду.

– Я на Крушевич, зайду в кафе.

– Хорошо, жди меня там, скоро буду.

Фред и сам не понимал, как эта девочка, – могла так моментально убивать его и воскрешать снова.

Хелен сидела возле окна за круглым столиком, она была похожа на весну, теплую и возрождающую к жизни.

Фред отодвинул стул и сел напротив нее, молча всматриваясь в до боли родное лицо.

– Ты хорошо выглядишь! – с улыбкой заметила Хелен.

– Я – то да, отдыхал много… – не скрывая сарказма, выпалил – он наспех.

– Да, интересно, а как же работа?

– По вечерам.

Хелен внимательно очертила его образ, остановилась на лице, ямочки на щеках, их передергивала игра скул, и, несмотря на теплоту во взгляде, она поняла, о чем шла речь.

– Зачем ты так?

– Я? Ты это мне сейчас говоришь.

У меня все по-прежнему, Хелен, это ты у нас исполняешь главные роли.

– Это моя жизнь! Фред, о чем ты? Я никогда ничего не обещала тебе, кроме дружбы.

– Тебя подвезти, или любимый за тобой заедет?

– Мне очень жаль, Фред, сейчас ты ведешь себя как ребенок и рушишь наше общение, нашу дружбу, нашу историю, длинной в детство и юность!

Щеки Хелен наливались кровью, и ее резкие движения говорили о пике эмоций, которые обрушивались на нее кипящей лавой.

– А что же Всеволод? Не история? – Так, мимолетный зритель, которому ты отдалась в первый же день?

Сильный шлепок окрасил в алое его щеку, и ладонь Хелен вспыхнула огнем.

Быстрое движение, и Фред заломил ее руку за спину и моментально его губы впились в нежные, самые родные и вкусные губы на свете.

Он никогда не позволял себе такое отношение к ней, всегда между ними была стена в виде благородства и порядочности, но сейчас она рухнула, и все стало проще.

Его губы были мягкими и сильными, пухлыми и красиво сложенными.

Словно во сне, сознание Хелен выключало запреты и наслаждалось ситуацией, – до тех пор, пока импульс не включил разум и руки резко оттолкнули его тело.

– Что ты творишь, черт возьми! Фред, ты обезумел?!

– Да, обезумел, точно, уже давно, если ты не поняла еще.

Он схватил куртку и быстро зашагал к выходу.