Аленушка и братец ее козел

И не потому, что с рогами, а потому, что ни черта не понимает в женской психологии. Хотя любой другой двуногий самец на его месте поступил бы точно так же. Приношу ли я себя в жертву его недальновидности? Возможно. Вот только это мой брат, я его люблю, даже такого – рогатого. Так что это мой выбор.

Как долго я сидела и гоняла по кругу бесполезные мысли, не знаю. Но дверной звонок был словно набат. Вскочив, я понеслась к двери. Посмотрев в глазок, обнаружила высокого статного молодого мужчину. Наверное, надо было испугаться и спросить, кто, собственно, обивает порог.

– Алена Игоревна? – поинтересовался мужчина.

Я кивнула, посторонившись и предлагая ему войти.

– Где мы можем оформить договор? – задал гость очередной вопрос.

Я указала на комнату брата со все еще работающим компьютером. Мужчина, не снимая короткое пальто и не разуваясь, прошел в помещение.

– Ознакомьтесь. Вносить изменения нельзя, у вас не тот случай. Досрочное расторжение невозможно. Форс-мажорных обстоятельств не предусмотрено. Обратите внимание на последнюю надпись.

– Обязуюсь не умирать до срока окончания контракта, – ошалело произнесла я. – Интересно, а если меня машина собьет?

– Не собьет, – отмахнулся мужчина.

– А если кирпич на голову упадет? – не унималась я.

– Если сами себе не бросите, то не упадет.

– Ха, и кто же мне это гарантирует? – усмехнулась я, правда, выглядело это вяло и жалко.

– Смерть, конечно, – пожав плечами, произнес мужчина.

– Не поняла…

– На период действия контракта Смерть дает гарантии, что не заберет вас. Так что не советую тыкать пальцами в розетку, наносить себе удары в сердце и делать харакири. Найдем, заштопаем и отправим отрабатывать. Ах да, в этом случае еще и штрафные санкции наложим, там, на тринадцатой странице, они прописаны.

– Понятно, – вяло произнесла я.

– Прекрасно, раз все понятно, тогда подписывайте, – он протянул обычную ручку.

– А разве не кровью? – искренне удивилась я.

– Простите? – мужчина даже оторвался от своего портфеля, в котором что-то искал, и перевел на меня удивленный взгляд.

– Я думала, подписывать надо кровью, – пролепетала я.

– Не, – отмахнулся он. – Она высыхает и воняет. Чернила лучше.