Долгая дорога домой. Или загадка древнего дольмена

На самом деле Михаил Давыдович представлялся мне эдаким постаревшим Зуи из новеллы Сэлинджера.

– Это не большая заслуга для человека, который когда-то был литературным критиком! – скромно ответил он, а я изумилась: еще и критик!

– Не представляю, как все это можно совмещать и помнить! – восхищенно произнесла я, а Коган засмеялся:

– Тогда вот вам еще одна цитата: «Любой человек должен уметь менять пеленки, планировать вторжения, резать свиней, конструировать здания, управлять кораблями, писать сонеты, вести бухгалтерию, возводить стены, вправлять кости, облегчать смерть, исполнять приказы, отдавать приказы, сотрудничать, действовать самостоятельно, решать уравнения, анализировать новые проблемы, бросать навоз, программировать компьютеры, вкусно готовить, хорошо сражаться, достойно умирать.

Мы поговорили о Хайнлайне, Ницше, Кафке и, в конце концов, переползли на ритуалы «древних видящих» Карлоса Кастанеды. Коган высказал мысль, поразившую меня некоей дикостью и оригинальностью: а не происходили ли сновидческие путешествия дона Хуана в дольмене? Может быть, путешествия духа по другим мирам, требующие времени, совершались тогда, когда тело пребывало под защитой неуязвимого каменного стража, закрытого от стихий каменной пробкой? А если пойти еще дольше – может быть, эти путешествия были реальными, в то время как человеку казалось, что он просто спит? Частоты дольменных «песен» близки к медитативным частотам, например, к буддистскому «оооооооммммм»… Опять же Индия! Используя определенные практики, посвященный впадает в транс, а его сподвижники запечатывают дольмен.

Гипотеза была очень интересной. И вполне себе правдоподобной.

Разошлись мы по номерам за полночь, а уже рано утром я решила прогуляться на пески к заливу. Шла, наслаждаясь предрассветной тишиной, нарушаемой лишь шумом ветра и прибоя, вдыхая полной грудью холодный северный воздух, напоенный терпкими запахами сосен и моря.

Влажный песок, испещренный следами птиц и животных, упруго пружинил под ногами. Я отыскала в нем несколько больших крупинок янтаря и положила в карман, на память.