Чужой Горизонт

– Это точно, – ответил со штурманского кресла Хлыщ, сосредоточенно глядя на выхватываемую из сумерек светом фар местность.

Лес внезапно закончился – дальше полотно шло по ровному, заросшему редким молодняком, полю. И тут Весомый резко затормозил.

– Что? – практически хором спросили Хлыщ и Муравей.

– Там что-то на рельсах, – прищурившись, здоровяк вглядывался в сумерки.

– Точно! Сейчас узнаем, – Хлыщ залез в соседний с кабиной крохотный отсек, включил камеру внешнего наблюдения, посмотрел в монитор, приблизил картинку.

– Так, – он ещё покрутил настройки, – съезжаем с насыпи. Быстрее!

Не задавая лишних вопросов, Весомый отпустил тормоз, крутанул руль вправо, и вездеход, дав сильный крен, сполз вниз.

– Тепловоз, – Хлыщ повернулся к удержавшемуся в дверном проёме профессору, – расстояние – сто пятьдесят. Едет сюда. Медленно.

– Верхняя турель – приготовиться! – крикнул Сладков вглубь вездехода егерям.

– Ник, он остановился, – доложил Хлыщ, снова глянув в монитор.

– Понятно, – выдохнув, профессор перегнулся через его плечо, посмотрел на размытый силуэт локомотива на экране, – излучение прекратилось, скорее всего.

Прошло пять, десять, пятнадцать минут, но тепловоз так и не тронулся с места.

– Надо проверить, – прервал молчание Сладков, – я пойду.

– Я с тобой, естественно, – ответил Хлыщ, не отрываясь от монитора, – и пара егерей.

– Хорошо. Собираемся, – профессор исчез в недрах «Атланта».

– Я поближе подъеду? – спросил Весомый Хлыща.

– Давай.

Махина оказалась не такой уж и большой – напрочь проржавевший ТГМ, такой же, как и на институтских путях. Окна заварены металлическими листами, поручни отсутствуют, фары выбиты.

Хлыщ выбрался из кабины к шкафчикам с экипировкой, облачился в усиленный комбинезон. Сладков, Секач и Жужа уже были готовы к десантированию. Включили наружный дозиметр – фон чуть завышен, но жить можно.

– Ладно, пошли, с нами Заира. Весомый, врубай верхний прожектор, – Хлыщ открыл боковую дверь и первым спрыгнул на землю.

Вокруг стояла гробовая тишина, только где-то далеко справа, на грани слышимости, раздавались короткие автоматные очереди. Тепловоз застыл на путях ржавым пятном и не подавал признаков жизни.

Подошли поближе, Хлыщ достал дозиметр. Локомотив фонил чуть сильнее, но тоже не критично. Сладков обогнул машину вокруг, заглянул под днище; схватившись за единственный уцелевший поручень, поднялся на борт.