Чужой Горизонт

– Камрад, Муравей, пасите попрыгунчиков по флангам, а я пошёл к этому психу, – Хлыщ установил глушитель, снял с предохранителя автомат и медленно направился к погрузившемуся в работу Антонову.

Лязг здесь стоял неимоверный. Прямо перед Шарком, сразу за забором, словно дворовый пёс, подпрыгивал на спущенных колёсах и мигал проблесковым маячком милицейский «бобик», за ним исполнял замысловатый танец «шестьдесят шестой» без кабины, но с практически целым кунгом, техника посерьезней зловеще шевелилась чуть подальше.

– Спокойно, свои! – крикнул Хлыщ

Антонов вздрогнул, обернулся к Хлыщу – на его лице было какое-то отсутствующее и одновременно счастливое выражение, свет проблескового маячка играл на линзах очков.

– Совсем сдурел, наука! – гаркнул Хлыщ ему на ухо.

– Похоже, есть частота, – восторженно прошептал Шарк.

– Ого! – Хлыщ на мгновение склонился над дисплеем анализатора, посмотрел на бегущую на нём волну, – ты давай только быстрее, опасно здесь.

– Я знаю, – Антонов выглядел абсолютно блаженным в своем профессиональном экстазе, даже голос стал каким-то мягким, будто вся ситуация околдовала его, лишила чувства самосохранения и бдительности, – Две минуты, Саня.

– Полторы, – резюмировал Хлыщ, отошёл на несколько метров, ближе к Муравью с Камрадом, проверил как дела – те стояли плечом к плечу под углом градусов в шестьдесят друг к другу и, выставив перед собой автоматы, сосредоточено сканировали окрестности.

Попрыгунчики появились внезапно – скорее всего, пробрались на четвереньках между рядами, а, уже оказавшись практически возле «колючки», оттолкнулись от земли. Два тела, больше похожие на огромных уродливых лягушек, чем на бывших людей, синхронно взмыли в воздух из-за крайнего автобуса в соседнем с «ожившим» ряду. Растопырив конечности и одновременно издав короткий рык, уродливые дети Заиры приземлились за забором, один – на землю в паре метров от Хлыща, второй – прямо на Антонова и стоящий перед ним прибор.

– Ша-а-арк!!! – Хлыщ не узнал в этом рёве свой голос, – в голову бей, ядрёны пассатижи! – ещё не закончив кричать, он уже жал на курок, короткими очередями отбрасывая «своего» попрыгунчика обратно к заграждению.