Чужой Горизонт

Собственно, начало этого болота было хорошо видно из окна съёмной комнаты – уже за подгнившим штакетником, ограждающим угодья дяди Серёжи, начинались заросли осоки и каких-то чахлых кустиков, а прямо от задней калитки вела сквозь пока ещё не слишком топкую местность неприметная тропка, которой пользовались бродяги, чтобы добраться до периметра в обход КПП – те самые пять километров по прямой. Между задней стеной дома и забором под сенью стареньких, отживающих свой век яблонь, было сооружено место для попоек-посиделок – стол, две скамейки и ржавый мангал – где сейчас обосновались мешающие Хлыщу спать Барсук и Захар.

– Кстати, ты в курсе, Захар, что Зона – это не те пятьдесят километров в диаметре, как все считают? – продолжал наседать Барсук на «туриста», – Зона – она бесконечна. Там, за АЭС, и начинается самое интересное….

– Да ну? – абсолютно пьяным голосом и абсолютно невпопад к такому важному заявлению пробубнил Захар. Похоже, клиент уже мало чего соображал, и Барсук этим умело пользовался, продолжал рассказывать о серьёзных вещах, понимая, что оппонент на утро о них вряд ли вспомнит.

– Вот тебе и «да ну»! Стакан-то пустой!

Хлыщ наконец-таки уснул. Снилась ему какая-то череда образов и событий, в которой постоянно присутствовала некая личность, похожая одновременно на Барсука и Захара. Усами, наверное. Как всегда, всё происходящее было очень натуральным и логичным, однако, проснувшись в шесть утра, Хлыщ не смог поймать не то что сюжетную линию всего сна, а даже ни один из его осколков.

За окном было уже достаточно светло. Даже сквозь противомоскитную сетку угадывался знакомый и такой милый сердцу пейзаж окраины болота, подернутый дымкой утреннего тумана.

Рядом за стеной что-то звонко опрокинулось, раздалось невнятное мычание, после чего грузное тело со всего маху рухнуло на кровать.

Старый разведчик Барсук возник в комнате Хлыща абсолютно беззвучно, только запах перегара возвестил о его появлении, после чего тихо скрипнули кроватные пружины, и раздался заливистый храп. Вот он, сталкер, сразу слышно, не то, что этот увалень, командир взвода, так его разэтак….

В следующий раз Хлыщ открыл глаза в десять. Барсук мирно храпел на соседней койке, Захар менее мирно – за стеной.