Чужой Горизонт

Что еще сказать? Вся эта чертовщина опасна, поскольку, попавший под её действие человек может просто не выдержать. Шарк, я и Хлыщ были выведены из ступора находившимися рядом людьми. А если рядом никого нет? Каков может быть результат встречи с неведомым? – он посмотрел на окружающих.

– Зомби, что бродят в дальней части Полигона, возможно, являются жертвами именно этого воздействия, – предположил Антонов.

– Скорее всего, – продолжил Сладков, – но нам это предстоит выяснить.

– Тут есть один ещё момент, по поводу цивилизаций, – сказал Мутант, – Я нашёл кое-что, пока ждал вас здесь, – он встал, подошел к шкафу и извлёк оттуда внушительных размеров папку, – Фотоархив.

Подняв небольшое облачко пыли, папка легла на стол. Профессор похлопал себя по карманам в поисках очков, потом вспомнил, что он в линзах, чертыхнулся, склонился над кипой слегка пожелтевших чёрно-белых снимков: танки, снятые с разных ракурсов, огромные, похожие на корабельные, орудия, гаусс-пушки, солдаты на фоне непонятных боевых машин.

– А вот и вишенка на торте, – Мутант извлёк одну из фотографий и положил перед Сладковым.

На снимке позировали двое – молодцеватый офицер с пышными, как у Будённого, усами и низкорослое существо с большой головой и морщинистой кожей, одетое в светлый, скорее всего, серебристый, комбинезон. Хлыщ шумно выдохнул.

– Старший капитан Ырг Ыр Ым, – сказал Мутант, как всегда довольный произведённым эффектом, – Скорее всего – это он.

– Старший капитан… Старшой! – Хлыщ оторвал взгляд от фотокарточки, – Я всё хотел разглядеть нашивку на наряде того кондуктора, но никак не мог это сделать! Всё складывается! Но отчего тот кукловод говорил о боли? Если он не врал, так называемое излучение губит его собратьев. Старшой… Так вот почему они любят это обращение! Но ведь их много.

– Он не один, – Сладков взял фотографию, поднёс её ближе к глазам, – Просто кондукторы обладают подобием коллективного разума, своеобразным облаком, куда они направляют свои мысли и, соответственно, откуда могут черпать мысли других сородичей. Таков мой вердикт. Муравей, мы же занимались этим вопросом с Гусевым.

– Да, но никто никогда не мог поймать кондуктора, – отозвался Олег, – а, тем более – изучить.