Жизнь Евы

Но ломать буду так, чтобы не срослось. Я врач, я умею.

И он завернул его правую руку до хруста в суставах. Бандит заорал от боли.

– Я скажу, скажу, не надо! Эта телка отхватила нехилое наследство. Нужно бы поделиться.

– С кем? Кто главный?!!

– Бык, но ты его не достанешь.

Шах ударил кулаком своего собеседника, тот отключился, составив компанию первым двум. Пощупал у бандитов пульс – живы. Взял Еву под руку и повел в дом. Она шла, как загипнотизированная, ноги заплетались, она не проронила ни слова.

Сел в машину, просмотрел контакты в сотовом.

– Слава богу!

Номер телефона Быка сохранился. Того самого Быка, которого он спас несколько лет назад.

Он набрал нужные цифры:

– Мне нужен Бык! Срочно! – Сказал он, – передай, что звонит Шахов.

Его интонация не оставила сомнений даже у бандита, что звонит серьезный человек.

– Подождите.

Через минуту в трубке раздался грозный рык:

– Да!

– Здравствуй, Бык! Это Шахов. Ты мне обещал помощь за спасение твоей жизни. Не забыл?

– Я ничего не забываю! Приезжай в «Желтое солнце», перетрем.

«Желтое солнце» – это казино, расположенное на окраине города, в бывшем здании прачечной. Ужасная с виду трехэтажная постройка была переоборудована в сказочный дворец Шехеризады. Засилие позолоты, хрусталя и ковров, видимо, отражало вкусы криминальных элементов всех мастей и величин.

Подъехав к «Желтому солнцу», Шах подумал, что ни разу не был в казино: его жизнь шла параллельно, не пересекаясь и не встречаясь с этой. Работа и женщины – это все, что имело значение для него.

У дверей казино стояли двое охранников. Шах и сам был высокого роста, но эти двое – настоящие великаны. Непривыкший смотреть на людей снизу, Шах приосанился, подтянулся вверх.

– К Быку! – Гаркнул он.

– Сеня, проводи. – Пробасил один охранник другому, более молодому.

Сеня повел Анатолия вглубь здания. Обходя людные места, петляющими коридорами, они подошли к массивной двери. Сеня постучал, заглянул.

– Проходи! – Распорядился он.

Сеня пропустил Анатолия. Дверь тихо закрылась. Комната, в которую вошел Шахов, была чем-то средним между деловым кабинетом и гостиной короля. Роскошь обстановки поражала воображение.