Что в имени тебе моем?..

Мы в разводе, но претензий друг к другу не имеем и поддерживаем нормальные отношения.

– Лена, но ведь он как-то объяснил, почему за ним следили? Ни с того ни с сего за интеллигентным ученым-историком следить не будут. Что он думал по этому поводу?

– Максик, ну, прости, не было у нас никакого конкретного разговора на эту тему. Да и не восприняла я все серьезно. Если б знать, чем может эта история закончиться…

Макс расстроился. Он ожидал большего… Этот разговор, практически, ничего не дал. Нет, кое-что прояснил, конечно, но совсем немного.

Кроме имени, которое все равно полиция выяснила бы, он не услышал ничего значительного. Или… Или, слушая Лену, не обратил внимания на важные факты, пропустил существенные детали? Такое может быть? Вряд ли. Надо дать ей – Лене – время, может, она еще что-нибудь вспомнит. Так бывает: иногда важное исчезает из памяти или теряется среди мелочей и ненужных подробностей.

– Хорошо, Лена. Спасибо. И ты меня прости за беспокойство. К сожалению, тебя, видимо, еще побеспокоит полиция… Я не мог скрыть от них, что это ты посоветовала Виктору Степановичу обратиться ко мне, – Макс извинялся.

– Понимаю, – вздохнула она, – я расскажу им то же, что и тебе… Вряд ли от меня они узнают что-либо существенное. У тебя есть еще вопросы?

– Назови мне, пожалуйста, его имя, адрес и место работы.

– Сидельников Виктор Степанович. Адрес не знаю. Одно время работал в ГАРФе[14 -

ГАРФ – Государственный архив Российской Федерации.], но последние лет пять – в государственном историческом архиве.

– И сфера его профессиональных интересов была связана с историей государства Российского? Так?

– Почитай его работы. Думаю, тебе станет понятно, чем он занимался.

– Придется почитать. Хотя не думаю, что слежка и странные письма, если они на самом деле существовали, были связаны с его работой.

– А с чем?

– Да мало ли? С наследством, детьми…

– Ну какое наследство? Откуда?

– Знаешь, недавно у меня было дело, связанное с завещанием. Человек нежданно-негаданно получил наследство от двоюродного дядюшки из Австралии.

Дядюшка был богат и бездетен. Так что вполне себе нормальная версия.

– Я об этом не подумала. А дети? Он же одинокий.

– Это он в последнее время был одинок. А знаешь ли ты наверняка, может, лет двадцать-тридцать назад у него была жена, дети? Или какие-нибудь внебрачные дети, о которых он сам не подозревал. Разве это фантастика?

– Когда я была студенткой, он преподавал у нас на факультете.