История Милы

– Как? Как? – переспросила Лена, – Да иди ты знаешь, куда?!

– Феофантий, так Феофантий, – миролюбиво отозвалась Мила, – Пусть будет так. Только валенок мой отдай, Феофантий!

Мила подскочила к забору и одной обутой ногой, а другой только в чулке и носке, запрыгала рядом. Из – за забора показался парень в полушубке и шапке-ушанке, протянул валенок под дружный смех девчонок рядом с Милой и мальчишек из-за угла забора.

– Милка, не признала что ли? – засмеялся парень и снял ушанку. Чёрные глаза Джавида весело смотрели на неё.

Мила вырвала из его рук валенок и стала его натягивать на ногу.

– Не узнали мы тебя, Джавид, значит, богатым будешь! – засмеялась Аня.

А потом они все вместе, девочки и Славка Горин с Джавидом и Вовкой Лесовым пошли по домам колядовать, где сыпали пшено, пели шутливые куплеты и собирали угощения – печенье и конфеты. В одном доме им не открыли, а в другом не пустили. За это мальчишки и девчонки, смеясь и шутя, быстро перебросали поленницу с одного места на другое и укатили крышки от бочек соседям.

Домой вернулись уже за полночь, кое-как угомонились и разбрелись каждый по своим улицам. Джавид проводил Милу до самой калитки и отдал ей конфеты, которые ему удалось насобирать во время колядок.

– Я не ем столько конфет, мне на рождественском бале завтра танцевать, – рассмеялась Мила.

– Тогда раздай их завтра на балу детям, – предложил Джавид.

– Так и сделаю, – кивнула Мила и убежала в дом, хлопнув калиткой.

Джавид успел заметить, как раскраснелись щёчки Милы, но не мороз был тому причиной.

Август – астры,

Август – звёзды

винограда и рябины,

Ржавой август!

    Марина Цветаева

Стоял тёплый летний день, но близкое и неотвратимое приближение осени уже чувствовалось. Лиза любила это время года особенно, трепетно. Серебряные паутинки, лениво кружась в прозрачном звенящем воздухе, медленно оседали на ветки уже краснеющей рябины. Что-то неуловимо трогательное было и в желтеющих вдали сопках и в тяжёлых налитых ягодным соком смородинах.

Мила, в отличие от мамы, начало осени не любила. Точнее, раньше, в детстве, она любила все времена года. Зима радовала катанием с горки, весна – бумажными корабликами в ручьях, лето – первыми цветами и бесконечной свободой. «Август – месяц потерь», – где-то совсем уж некстати прочитала Мила.