Волшебные миры Анфазии Эн

Так много, как только могла. Казалось, голова девочки того гляди лопнет от навалившегося на неё груза.

Во-первых, и это было самым важным, она думала о друге. Потеря крыльев – это была страшная трагедия для маленького эльфа. А ведь он только что получил их благодаря ей, и она же их и отняла, послав в самое пекло без защиты, без прикрытия. Что теперь делать?

Можно было бы вызвать Короля эльфов, но как угадать, самое ли это страшное, и не ждёт ли их в будущем более опасное и ужасное…

Если беспокойство лидировало, то страх будущего стоял на втором месте.

О лисе Энни старалась не думать. Его персона вызывала в девочке противоречивые мысли, и чтобы не думать о нем, она гнала эти самые мысли – прочь. Вон из головы! На потом, до лучших времён.

Ах, как опрометчиво она поступила тогда… Ей бы взглянуть в глаза этого странного существа, который сейчас осмысливал свои будущие перспективы при дворе новоиспеченной Королевы, и она бы сразу поняла, что он не так прост, как кажется…

Но она не посмотрела, а пригорюнилась и слегка задремала, печально вздыхая каждые тридцать секунд.

Она научилась читать мысли всех существ на планете, но не придала этому никакого значения. Она научилась доверять своей интуиции, но не доверяла сама себе, ибо ей казалось, что она уже точно не может определить свой статус. Кто она? Девочка из другого мира, наследная Принцесса, Королева, или пустое место, не способное ни на что?

И тут сквозь туманный сон она отчётливо поняла, что был ещё кое-кто, чьи мысли были слышны, как говорят, невооруженным взглядом.

На старой берёзе сидело нечто куда более непонятное и неопознанное, чем Феник Ларс и Однозначно в одном флаконе.

С виду оно напоминало сову во время линьки. Сваленные клочья перьев или меха висели вдоль продолговатого, но весьма упитанного туловища, величиной с эльфа.

Не слишком и большое, конечно, если сравнивать с человеком, но весьма приличное, если всё же определять его как птицу.

Голова была квадратная. Совершенно квадратная, но с кисточками по верхним углам. И глаза… Это были самые странные глаза, даже в этом мире, где всё не поддавалось чётким законам, даже здесь голова была вершиной абсурда странностей.

Один глаз был в цвет одного солнца, а второй – в цвет другого, зелёный и оранжевый.