Рецепт кошмарного сна

Глава Третья

Продолжение ночных событий

Успокаивать потом пришлось не только третий отряд, но и первый со вторым – оглушительный голос Тимофеевой разбудил весь корпус.

Тим билась в истерике, утверждая, что видела самое настоящее привидение.

– На окне сидело, – всхлипывала Тим. – Вот здесь. – И тыкала в распахнутое окно.

И без этих слов перепуганная Оля Каплина стала отодвигать свою кровать подальше от проклятого места.

– И что оно делало? – напарница Ёлкина, маленькая худенькая Лариска, по прозвищу Чижик, зябко передернула плечами.

– Оно мне улыбнулось и поманило пальцем, – одними губами произнесла Тим, готовая от страха грохнуться в обморок.

– А потом, я так понимаю, оно растворилось в воздухе? – мрачно поинтересовалась Чижик, и нос ее от ярости побелел.

Тим не заметила смену настроения вожатой. Она на нее вообще не смотрела. Взгляд ее был устремлен куда-то за подоконник.

– У него были зеленые глаза, – голос у Тим стал сухой и безэмоциональный, словно она читала сводку погоды.

– Завернута она была в черную простыню, – ехидно продолжила описание Лариска, – на плече у нее болталась коса, а под мышкой был динамик, который гнусавым голосом сообщал: «Девочка, закрой все окна и двери! Гроб на колесиках въехал в твой город». – Чижик раздраженно встряхнула головой. – Все, по кроватям! Выступление комедиантов закончилось. А ты, Тимофеева, – резко повернулась она к Тим, – захочешь еще кого-нибудь разыграть, выбирай дневное время, а то ночью тебе могут поверить.

Лариска ушла, оставив озадаченного Ёлкина успокаивать разбуженный отряд.

– А губы у него были красные? – наклонился он ко все еще замершей Тим.

Та кивнула головой. И Ёлкин тоже замер, уставившись в темноту за окном. Странно, но это привидение он видел. Красная рука, черная простыня, зеленые глаза… Что-то ему это напоминало.

Он перебрал в голове все лагерные легенды.

– Теперь будет, – вздохнул он.

Тим лежала в кровати и даже не думала засыпать. По потолку над ее головой носились воображаемые красные пятна, воспаленные глаза, летало черное пианино, на котором ни в коем случае нельзя было играть, тасовала колоду Пиковая Дама.

Это дело просто так оставлять было нельзя. Одно дело придумывать ужасы, а другое испугаться самой.