Продать душу

У ночного путника было выразительное лицо, в чертах которого угадывалось что-то восточное: широкие скулы, чуть раскосые глаза и черные, густые брови вразлет. Смоляного цвета волосы ложились на уши мягкими волнами, а в ладной статной фигуре явно таилась немалая сила.

– Что тебе нужно? – недовольно осведомился он, голос у него тоже был выразительным: низким, глубоким, не очень громким, но удивительно отчетливым.

Я растерялся. Что можно ответить на этот вопрос, если и сам не вполне понимаешь смысл собственных поступков?

Незнакомец несколько мгновений пристально смотрел на меня, и в его раскосых глазах, цвет которых в таком густом мраке трудно было разобрать, появилось новое выражение.

И опять я терялся в догадках, не в силах определить значение этого чувства. Досада? Удовлетворение? Настороженное любопытство? Или, быть может, взгляд заинтересовавшего меня странника включал в себя множество самых разных оттенков и эмоций?

– Не пожалеешь? – с легкой иронией осведомился мужчина, и его тонкие губы дрогнули в недоброй улыбке.

 – Поверь, стоит хорошенько поразмыслить. Впрочем, один тот факт, что ты видишь меня, свидетельствует о сделанном выборе. И все-таки – не передумаешь?

Меня охватила непонятная паника, на лбу выступили капельки пота (невзирая на вечернюю сырость!), а душу окатила волна тошнотворного ужаса. Но откуда взялся этот почти животный страх, ведь я не отличаюсь робким нравом, совсем наоборот?! При своем авантюрном характере я постоянно ищу острых ощущений, способных утолить неуемную жажду новых впечатлений, и бурлящий в крови адреналин для меня – лучшее средство борьбы со скукой! Так что же со мной?!

Я выпрямился и заставил себя твердо ответить:

– Я никогда не передумываю! – в моем голосе прозвучала насмешка, в такие неоднозначные моменты я сознательно веду себя вызывающе, стремясь за напускной грубостью скрыть растерянность.

Вот и сейчас я нахально улыбнулся и дерзко добавил: – Может, ты сам боишься меня проводить?

Что я несу?! Куда проводить?! Однако незнакомец не выказал удивления и даже как будто не разозлился.

Просто пожал плечами и лаконично велел:

– Пошли!

И клянусь, противиться воле, заключенной в этом коротком приказе, было просто невозможно! Подобно послушной собачонке поплелся я вслед за провожатым, мысленно гадая, на какую новую авантюру себя обрек…

Ах, если бы я знал! Впрочем, наверное, это ничего не изменило бы… Я никогда не слушался умных советов.