Большая книга ужасов 89

В окно видела.

– А люди? – спросил Илья.

Аринка до крови дернулала заусенец.

– Нет людей, – произнесла она, прижимая палец к губам. – Дом пустой. И трава не примята.

– А Славка? – допытывался Илья.

– Да, Славка! – вскрикнула Аринка и, испуганно глянув на крыльцо, где в любой момент могла появиться бабушка, прошептала: – Он… это… – Она повела подбородком, и Илья огляделся. Солнце, кусты, чайки. Ничего необычного.

– Что? – Илья начинал злиться.

– Славка был. Но он то в Вольдемара превращался, то в тетку.

«Аринушка, Аринушка, пуста головушка, по дорожке бежала, ручки-ножки растеряла…» – пропел противный голос. Аринка зажала уши.

– Зачем ты туда пошла? – прошипел Илья.

– Меня позвали! – в лицо ему крикнула Аринка и оттолкнула. – Что ты все: зачем пошла, зачем пошла? Затем! Делать что-то надо! Славка у них!

Она стала ходить перед домом туда-сюда. От движения родилась единственная правильная мысль – звонить родителям и бежать отсюда. Потом далеким эхом возникало напоминание – Славка.

– А тебя тоже убили? – вдруг спросил Илья. – Ты же там была.

Брат с сестрой уставились друг на друга.

– Бабушка! – взвизгнула Аринка, бросаясь к крыльцу, но Илья опередил ее, не пустив к ступенькам. Аринка споткнулась за собственную ногу и упала. Сарафан задрался, явив изодранные ноги и разбитые коленки. Илья долгое мгновение смотрел на царапины, на засохшую кровь, потом медленно протянул сестре руку:

– Тебя почему не тронули?

Аринка его руку не взяла.

– Я убежала, – зашептала она, обхватив колени. И вдруг вспомнила. Утро. Плеск воды. Длинные волосы. Заторопилась: – Я чумичку видела. На наших мостках. Она ноги мыла. Потом в лесу ее встретила. Волосы в колтунах и длинные.

– Какую чумичку? – В глазах Ильи появилась жалость, словно он окончательно убедился в сумасшествии сестры.

– Ну, бабушка рассказывала, – протянула Аринка. – Если оставить посуду грязной – чумичка придет, вылизывать станет.

Илья еще больше помрачнел.

– А Буробу ты не видела? Бабушка и про нее рассказывала: что она в лесу живет, непослушных детей к себе забирает. Старая и страшная, как брошенный стог сена.

– Да, да! – запрыгала на месте Аринка. – Это была Буроба! Точно! Видела! Тетка в Буробу превращалась! – По её щекам быстро-быстро побежали слёзы.

– Дура! – бросил брат. – Нечего было туда ходить.

– А Славка?

– И ему нечего.