Три желания для золотой рыбки

Нет, нет, все просто. 9 «Б» на крыльце выяснял отношения, и мимо них невозможно было пройти. Пришлось ждать, когда все разбредутся по своим делам.

– Да, это ЧП, – покачала головой биологичка, задумчиво глядя в окно. – Так себя вести в школе… – По ее улыбке было непонятно, то ли она говорит серьезно, то ли шутит. – Это же уму непостижимо! Устроить драку! Разбить химические препараты… Если вы в пятнадцать лет так поступаете, что же будет в шестнадцать?. А в семнадцать?

– А в семнадцать нас всех в армию заберут, – воскликнул вертлявый Ян.

– Вы думаете, это все? – не преминула встрять Ася. – Не все! Они Гараевой записку прислали, с глупостью! И это у них называется – шутки шутить!

– Главное, чтобы не с гадостью, – отозвался Константинов.

– А ты был бы и рад! – крикнула Наумова, и Гараева быстро повернулась – Юлька сидела как раз за ней, поэтому крик больно резанул ее по ушам.

– Что у тебя там? – Жеребцова внимательно смотрела на Леру. Смотрела спокойно, с чувством собственного превосходства, словно имела право знать все, и сейчас ей было удивительно, что кто-то о чем-то ей еще не рассказал.

– Ни-че-го, – спокойно ответила Гараева, отворачиваясь. Аська, конечно, дура, что сказала о записке, но и ей, Лере, сейчас надо повести себя так, чтобы никто не догадался, что на самом деле скрывает это послание. К тому же ей предстояло решить, как ответить Павлу. Подойти на перемене, поздороваться? Изобразить из себя обиженную – мол, ничего не поняла, отстань, что ты от меня хочешь? Поступить надо было правильно, все-все до мелочей просчитав, чтобы ни в коем случае не ошибиться.

Разговор на задней парте отвлек Леру от размышлений.

– Идиот, – зло шептала Наумова, громко, с остервенением листая учебник. – Я его когда-нибудь прибью!

– Сама к нему не лезь, – спокойно отвечала Жеребцова. – Он тебя провоцирует.

– Ладно! – Учебник захлопнулся. – Еще посмотрим, кто кого больше спровоцирует. Урою гада!

– Расслабься. – Даже не поворачиваясь, можно было легко представить, как Наташка сейчас улыбается.

– Эх, жаль, Галкина выгнали, – уже более миролюбиво вздохнула Юлька. – Его можно было на что-нибудь подговорить.

– Там и без него есть с кем поговорить, – успокоила подругу Жеребцова.

На душе у Леры стало тревожно. Назревала война, и ей очень не хотелось оказаться в зоне боевых действий.