Остров призраков

Анка упала рядом с Светиком на песок.

– Уф, – выдохнула она. – Еще бы поспать.

Анка была жесточайшей совой. Могла лечь и в три, и в пять, главное, чтобы по утрам не будили.

Светик смотрела на Ладогу. Поднимающееся солнце дробилось на легкой волне, выкрашивало воду в свинцово-зеленый цвет.

– Что делать будем? – спросила Светик.

Вопрос можно было не задавать. И так было понятно, что надо определяться.

– Ты веришь во все эти сказки?

– Про кладбище? – лениво потянулась Анка. Вид такой: вот-вот уснет.

– И что теперь? Бежать отсюда?

Светик опять посмотрела на невероятно красивый берег, на дробящую солнечный свет Ладогу. Страшно было? Было. Но уезжать не хотелось. Тут еще где-то маяк есть, надо сходить посмотреть. А потом – что она скажет маме? Что они испугались ночных призраков и уехали? Да после такого ее никуда больше не отпустят. Даже и с Глебом.

– Ладно… – буркнула Анка, опять впадая в сонное состояние.

И Светик почему-то поверила ей. Поверила, что можно развернуть время вспять, сделать так, как будто этих двух дней не было.

Хотя, конечно же, все это было.

О большом острове на Ладоге Анка прожужжала все уши. Когда-то здесь был огромный колхоз, который развалился еще в семидесятые годы. Когда-то на нем жило много народа, они разводили коров, ловили рыбу. Когда-то… Сейчас на острове остался один человек. Дядя Лёка. Именно он встретил друзей на седьмом кордоне.

Машина, которая везла их на кордон, только остановилась, а к ним уже бежал невысокий дедок в темно-сером пиджаке. Добро улыбался. Цепкий взгляд внимательно ощупывал четверку туристов.

Это и был дядя Лёка.

– Озоровать не будете? – шутливо спросил он.

Обещали не озоровать.

Небольшая весельная лодка бодро переваливалась с борта на борт, каждый раз ухитряясь не черпануть воды. Наваленные горкой рюкзаки. Гордо восседающий сверху бледный Костик: носик недовольно сморщен – он бы предпочел идти на моторке, а не плюхаться полчаса на веслах.

Идти было близко. Трудолюбивые финны, которые жили на острове до всех войн и революций, сделали длинную каменную дамбу, которая прерывалась в пятидесяти метрах от большой земли.