Жена Архитектора

Внесли два сундука с её вещами, и горничная принялась раскладывать и развешивать их в шкафу, украшенном тонкой затейливой резьбой.

– А скажи-ка, Фрося, что у вас тут произошло? Или наследство свалилось нежданно-негаданно?

– Ой, не спрашивайте, барышня, – опять затараторила служанка. – Я, правда, не знаю. Нас всех в деревню отправили, аккурат до Иванова дня. А что тут было, никто и не ведает.  Митька-кузнец последний уезжал, так только и видел, как сети вешают, а боле ничего. И не пускали никого, покамест всё не поснимали опять.

– Какие ещё сети? – удивилась Кэсси.

– Ну, не знаю, барышня, – взмолилась горничная. – Только у кузнеца сила вся в кулаках, а не в голове. Он и соврёт, недорого возьмёт. А я и правда не видела. Только когда вернулись, тут и ахнули. Такую красоту, да так споро… Лучше у батюшки спросите.

– Непременно, – кивнула девушка. – Хотя, батюшке виднее. Раз он считает, что надо, так тому и быть.

– Ох, барышня! – вздохнула Фрося, но ничего больше не сказала.

За праздничным ужином, по случаю возвращению дочери, на коем присутствовали ещё пара помещиков из соседних усадеб, Кэсси весело рассказывала об учёбе в Италии и Франции, как ей понравилось и как скучала по дому. Князь больше молчал и, сдержанно улыбаясь, слушал щебетание дочери.

Потом княжна музицировала и пела на итальянском языке песенки и арии из модных в Европе опер. Сельские кумушки восторженно ахали «шарман, шарман!» и аплодировали, не заметив по деликатности, что пару раз певица всё же сфальшивила.

Вечер прошёл славно, и Кэсси забыла о вопросах, не то, чтобы тревоживших её, но занимавших в первый момент по приезде.

Гости разъехались около полуночи, и старый князь пригласил дочь в кабинет.

– Батюшка, непременно сейчас говорить? Я право очень устала, – княжна подавила зевок и, сонно хлопая ресницами, глянула на отца. – Не оставить ли до завтра?

– Нет.

– К чему?!

– Присядь, пожалуйста.

Кэсси вздохнула и села в кресло, утонув в его мягкой роскоши.

– Дело в том, что видный господин на государевой службе, князь Веласто просил твоей руки.

Сон мигом слетел с княжны.

– О чём это вы, батюшка? Какой ещё Веласто?! Он что, иностранец?

– Нет, он не иностранец.