Искушение

 – Первое время я любил тебя слепо, эгоистично. Рядом со мной никогда не было такого прекрасного человека, и я делал все, чтобы ты была только моей. Ты мне дала понять, что жизнь бывает разной, что ради нее можно умереть, а главное – за нее надо бороться. И этого осознания мне хватит на вечность вперед. Но теперь… если надо будет, я смогу тебя отпустить. Именно потому, что люблю. Какой бы выбор ты ни сделала, я буду тебя любить. Всегда.

Не выдержав, я закрыла ему рот ладонью.

– Не говори глупостей, – быстро зашептала я.

Но в первую очередь я говорила это для себя. Его слова напугали меня своей точностью. Последнее время меня действительно стало раздражать такое положение вещей, когда ни одно утро не могло гарантировать спокойного вечера. А еще меня настораживало слово «вечность» – несчитаное количество лет и всегда только так? И еще мне хотелось отдохнуть. Пожить пару дней по-человечески. И возможно это будет без Макса.

Я тряхнула головой, прогоняя несвоевременные мысли. Это усталость, страх за Макса.

– Выбор уже сделан, – как можно решительней произнесла я. – А теперь мы просто едем домой. Настало время проведать моих родителей.

Макс кивнул, обнял меня за плечи, и мы зашагали по дорожке. На трассе нас подхватила машина и довезла до аэропорта. Здесь я наконец-то спокойно позавтракала.

Самолет был полон русской речью, громкими голосами, перекрикиванием пьяных – и я поняла, что возвращаюсь домой. Из тишины Поморья, из скупой чистоты и правильности Европы в шумную, отвязную среднюю полосу России.

Весь полет Макс просидел, закрыв глаза. Он не переносил замкнутых пространств, а потому ему приходилось несладко. Я в задумчивости смотрела в окно.

Зачем он заговорил со мной про выбор? Всегда была убеждена, что никакого выбора в принципе не существует, что есть только Макс, только он. А теперь? Своими словами он заставил меня вновь и вновь думать об этом.

Открыл Макс глаза, только когда колеса коснулись посадочной полосы.

– Нас ждут, – первое, что сказал любимый.

Я сглотнула, чувствуя, как в груди ширится знакомая тревога. Сейчас расплачусь от умиления. Родная земля встречает своих героев делегацией из вампиров.

Катрин стояла за прозрачными дверями в зоне прилета чуть в стороне от толпы.

Она вновь стала блондинкой, выпрямила свои пышные волнистые волосы, отчего лицо ее стало строже.