Дети страха и другие ужасные истории

Смотрел на елку, на дуб, на пробивающееся сквозь листву солнце.

– На лопату. В самый раз.

– Для чего?

– Для выправления жизни. Раз – и как новенький.

– «Бух в котел и там сварился»?

Нинка задумалась. Цитата была знакома, но не навскидку.

– Зачем нам кипяток? Копай. Надо до подъема управиться. А я – сейчас.

Нинка пошла к кустам чубушника и стала их с наслаждением ломать. Пахло одуряюще. Если кто сюда и придет, то не на звук, а на запах.

Вернулась через полчаса, наверное, а Тинтин все еще воевал с дерном.

Трава плотно сцепилась корнями и не пускала лопату. Он неловко вгонял ее в землю, наклонял и бессильно вытаскивал.

– А чего она? – качнул он инструментом своего труда.

– Надо сверху землю срезать, – Нинка сгрузила охапку чубушника и с сомнением посмотрела на результат работы героя комиксов. – Потом легче пойдет.

– Кого ты тут хоронить собралась?

– Прошлое. У тебя было что-то плохое в прошлом?

Тинтин почесал чуб, сбивая его вертикальность.

– От прошлого надо избавляться буквально – выбрасывать, закапывать, – решила просветить своего неспешного друга Нинка.

 – В Италии на Новый год старые вещи выбрасывают из окна. Если ненужное выбросить, то на смену ему придет хорошее нужное.

Тинтин поддел дерн, он снялся хорошим пластом.

– А про братьев и опасность врала? – спросил Тинтин, выпрямляясь.

– Если бы. – Нинка села на корточки, отметила, как острый край лопаты с харканьем врезается в землю. Камешков тут много, песка, резать дерн получается звонко. – На нашем роду проклятье.

И трепать об этом – последнее дело. Я предупреждала, если кому-то это рассказать, проклятье передается.

– Ваще отсталая, – от злости Тинтин стал работать активней. У него даже получаться стало.

– Кто еще дурак, – выпрямилась Нинка. – Для таких как ты специально фильмы снимают про заброшенные дома и старые проклятья. Но вы же ни черта не понимаете.

Она пошла за дуб.

– Ты хочешь здесь свое проклятье похоронить?

Идея была отличная. Над этим надо было подумать.

– Я бы тебя похоронила, – вздохнула Нинка, – но ты еще нужен. Копай.

Сказала, а сама пошла в самую гущу зелени. Рвать траву руками было не очень удобно. Острые края резали ладони. Но с другой стороны – хорошо, что она была. Июнь не конец июля, когда все уже вытоптано и выжжено. Трава лезла с корнями и землей. Корни – ладно, потом лопатой отмахнет.

То ли от злобы, то ли еще от чего, Тинтин вошел в работу, приспособился, копал бойко. Снятый дерн лежал в стороне.