Омут теней

От прикосновения облако таяло, словно зефир на солнце. Друг над другом прямо на ветвях деревьев висели крошечные домики. Они представляли собой небольшие открытые террасы, закрепленные на толстых ветвях, а сверху имели шатровидные крыши из живых хвойных лап. Одурманивающий запах кружил в воздухе, наполняя легкие свежестью и целебными фитонцидами. Под ногами в просветах между ветвей можно было разглядеть стволы деревьев. От высоты, открывающейся перед глазами, кружилась голова. Пропрыгав дальше, Вальсар увидел гигантскую пихту.

– Нам сюда, – тихо пропищал Говорун.

– Что это за место? – Вальсар недоверчиво осматривал гигантское дупло.

– Это вход в хранилище. Здесь спрятано всё самое дорогое и ценное нашего короля, – Говорун гордо поднял вверх маленький паличик.

– Ты уверен, что Цельдару держат именно здесь?

– Конечно! Всех жен короля хранят здесь, наряду с сокровищами и другими ценными вещами.

– Что значит «всех жен»? У него их много что ли? – вся эта ситуация начинала казаться Вальсару намного сложнее, чем он предполагал. Лесной фей в ответ лишь рассмеялся, но ничего не ответил.

– Не нравится мне это место…Ох, не нравится! Если ты чего-то не договариваешь, то будь уверен, что пожалеешь об этом, – с этими словами Вальсар взял в руки мечь и направился к дуплу. Двигался он быстро и мягко, словно дикая кошка перед броском.

Вход в хранилище был под охраной. Прямо неподалеку от дупла лежала бесформенная куча земли и слизи. Вальсар вздохнул. Это был голлем. Поговаривали, что их давно истребили охотники. Вероятно не всех… Подняв меч высоко над головой, Вальсар осторожно двинулся в направлении голлема.

– Освободи меня,– пискнул Говорун и с силой дернул Вальсара за рубаху.

– Ты меня за слабоумного держишь? Да как только я тебя развяжу, то ты сразу же поднимешь тревогу.

Янтарные глазки лесного фея тут же округлились, а маленькие кулачки сжались в безмолвной угрозе. Но Вальсару было не до этого. Голлем медленно зашевелился. Видимо, почуяв приближение Вальсара, куча издала протяжный низкий рык. Говорун зажмурился и затрясся от страха.