Звездный волк. Истории отдела А

Да ещё лук в руке, почти в его рост, даже по виду тяжёлый и внушительный, покрытый тонкой резьбой. Вобщем, Робин Гуд на заслуженном отдыхе. А то и не на отдыхе, учитывая недавние события.

– Что произошло, то уж кончилось, – хитро сощурился помолодевший дед. – А вы здесь по делу? Или в гости?

– Мы тут… – Милка приосанилась – до чего быстро она умеет реагировать на ситуацию! Меня так до сих пор трясло. Её, впрочем, тоже трясло. И голос дрожал. Слегка. – Мы… воду искали.

Королевским жестом отбросила со лба мокрую прядь.

–А-а, – улыбнулся широко. – Понятно. По делу, значит. Но, если не очень торопитесь, может, зайдёте? Не смею настаивать, но у меня банька с утра истоплена, а вы слегка замёрзли.

– Зайдём? – подруга оглянулась. Умыться и привести себя в порядок, было бы совсем нелишним. Я молча кивнула – чувствовала, что голос ещё не повинуется. Страх тоже пока не отпустил, но дед вызывал, скорее, ощущение покоя. И тепла. Да! От него явственно струилось тепло, ощущаемое даже на расстоянии.

– Прошу за мной, барышни.

Шёл он легко, спортивно, а мы увязали по щиколотку, с трудом вытаскивая ноги из липкой грязи. Милка сняла туфли, опасаясь потерять их – итальянские! Как они не слетели с ног, когда бежала от оборотня, уму не постижимо!

На большой поляне, окружённой вековыми елями, высился двухэтажный не дом, – терем! Сложенный из толстенных брёвен, украшенный искусной резьбой, крытый черепицей, он смотрелся совершенно сказочно, нереально красиво, отливая янтарём в закатных лучах.

– Это баня? – спросила Милка. Меня? А я откуда знаю? Может, домик для гостей? В княжеские-то палаты, чай, не всех пускают?

Из домика, гремя цепью толщиной в руку, выметнулся лохматый пёс, ростом с молодого льва. С радостным визгом кинулся к охотнику, привстал, бросив передние лапы тому на плечи, причём голова пса возвысилась над дедовой.

– Отадэ, Рык, – Матвеич потрепал его по холке. – Отадэ.

Гулливер собачьего племени неохотно оставил хозяина в покое и переключился на нас. Уставился оценивающе. Милка вцепилась мне в руку.

– Я боюсь собак, – процедила сквозь зубы.

Домашнее чудовище зевнуло, продемонстрировав полную острейших зубов акулью пасть, и лениво ушло в свои апартаменты. Десять метров цепи медленно втянулись вслед за ним внутрь.

– Будка! Так это будка!..