Звездный волк. Истории отдела А

– Лучше с яхтой, – уточнила она и вздохнула. – Живём как-то уныло… без огонька. Каждый день – одно и то же. Никаких впечатлений.

Взглянула на горшок с засохшим цветком.

– Вон, даже бальзамин от тоски завял.

– Давай возьму реанимировать.

– Возьми. Если ему ещё что-то может помочь!.. Ну, Дрошнев, не пригласишь красавца…! Однако лучше не мечтать, а то такое намечтается!..

– Верно, – я сгребла со стола свои бумаги, подхватила цветочный горшок. – Пойду. До субботы ещё дожить надо.

В полупустом (а у нас народу много никогда не бывает; тех, кто сам приходит, естественно) вестибюле колоритный дед, весь седой, заросший, дремучий какой-то, что-то втолковывал охраннику, держа на весу левую руку, замотанную не то в шарф, не то в шерстяной платок.

Я остановилась. Дед заметил.

– Дочка, – шагнул навстречу, но охранник перегородил путь.

– Дедуль, ну, ты же к нам не по адресу! – Хохотнул. – Пока ещё.

– А что случилось?

– Дочка, – дед юркнул под рукой нашего бритоголового цербера.

Я заметила на платке пятна крови.

– Что это с вами??

– Я ему говорю, езжай в больницу, – вмешался охранник, – а он ни в какую! У нас же не медучреждение! И что делать прикажешь?

– Пойдёмте, – я взяла дедушку под локоть и повела к Милке. Толкнула стеклянную дверь.

– К тебе клиент.

– Н-да? – Милка кинула на нас взгляд исподлобья, продолжая что-то писать в длинном бланке.

– Не остри. Помоги человеку. Садитесь вот сюда.

Усадила деда за соседний стол, под лампу.

Милка вздохнула, отложила свою писанину, подошла. Оглядела деда.

– Тонь, сделай ему крепкого сладкого чая, а то что-то бледный.

Принялась разворачивать стариковскую культю. Брезгливо затолкала платок в пластиковый пакет.

– Гос-с-поди! Кто это вас так?!

Я мельком глянула на его руку – всю в рваных кровавых полосах и отвернулась, заваривая чай в полулитровый гостевой бокал.

– Оборотник, – охотно пояснил дед. – И так ведь ушёл, проклятый. Хорошо руку не откусил! Да я сам виноват – расслабился, внимание утратил. А он тут из кустов и выметнулся! Ну, ничего, ничего! Посмотрим ещё, чья возьмёт.

Мы с Милкой переглянулись.

– Вот чай, – я поставила бокал на стол с лампой. – Пойду, пожалуй. Работы много.