Заколдованный город

Я думал, для художника, даже весьма талантливого, важно иметь хотя бы одну из работ признанного мастера?

– Я не люблю импрессионистов, – о том, что считаю шедевр подделкой, я говорить не стал. Зачем обижать хозяина? Да и не спрашивал он моего мнения. – И «художник» совсем не значит «страстный коллекционер». У меня около сотни альбомов репродукций. Когда же возникает потребность в общении с «живым» искусством, иду в музей, в галерею.

– Понятно. Хотя ты – единственный, кому отдал бы картину, только попроси… Но ты не попросил.

– У тебя есть племянник. Отдай ему. И раритет останется в семье, и меценатом можешь себя считать. В какой-то степени.

– Посмотрим, – слегка рассеянно ответил он, что-то обдумывая. – У меня просьба есть к тебе. Вернее, деловое предложение об одной услуге, которая, разумеется, будет хорошо оплачена.

– А в чем дело?

– Ты помнишь, у картины повреждён нижний угол? Я хотел бы, чтобы ты его отреставрировал. Восстановил. Всё, что понадобится для работы, будет предоставлено: любые краски, кисти.

Все – любой фирмы, какую назовёшь. Только скажи, что тебе нужно?

Я был удивлен.

– Ты действительно этого хочешь? Иногда именно дефекты придают вещи главную ценность.

– Да нет. В данном случае это – не старое повреждение, а совсем недавнее. Несчастный случай. Поэтому и намерен придать картине первоначальный вид. Две тысячи евро тебя устроят?

– Грег, да я....

– Ладно, четыре.

– Мне надо взглянуть.

– Пойдём.

Мы спустились в танцевальный зал.

Ёлка по-прежнему переливалась синими огнями, а вот картины под ней не было. Рама, подставка, – всё стояло на месте. Кроме картины. Валялись поваленные столбики, сцепленные красными бархатными канатами: наверное, похититель так торопился, что не озаботился соблюдением тишины, но звуков их падения, признаюсь, я совершенно не слышал.

Грег для начала вызвал и опросил охрану, затем отдал несколько распоряжений.

– Может, кто-то решил пошутить? – предположил я.

– Тогда это довольно глупая шутка, – тон у Грега был по-прежнему спокойный, ровный.

Если пропажа и взволновала его, по лицу это было не определить.

– Во всяком случае, через ворота картину не выносили.

– Там что, организован досмотр багажа? И личный: с раздеванием до трусов и просвечиванием рентгеном?

– Во фронтальной арке установлены датчики. Если бы картину пронесли мимо них, сработала бы сигнализация.

– Нет сигнализации, которую нельзя выключить, – пробормотал я.