Наследники графа. Александрин

– Доброе утро, – сказал шевалье.

– Уже почти день, – отозвалась она.

Когда слуга ушел, Мишель сел напротив женщины и вопросительно на нее посмотрел.

– Может, расскажете все-таки, что случилось?

– Ничего. Просто я разрушила все, что у меня было. Без угрызений совести и сожалений. У меня было все. А сейчас ничего нет.

– И что дальше?

– Понятия не имею. Вы же знаете, какой он. В нем бездна зазнайства. Он может часами с гордостью рассказывать о том, что обучил нового сокола охотиться или о том, что его лучшая кобыла родила жеребенка от лучшего скакуна.

– А почему вы приехали ко мне?

– Потому что я не хочу, чтобы кто-то знал, что я в Париже. А вы единственный человек, который точно ему это не сообщит. Завтра же я уеду.

– Вы без служанки?

– Служанка донесла бы ему, куда я поехала.

– Ехать одной на такое большое расстояние небезопасно для женщины.

– Вы смеетесь что ли? Мне уже не двадцать лет, и даже не тридцать. Кому я нужна? У меня, между прочим, скоро будет внук, – усмехнулась графиня.

Мужчина промолчал.

– По пути заеду к Армэлю. Он недавно получил приход. Как раз посмотрю, как он там устроился. Боже, никогда бы не подумала, что мой сын станет священником! – говорила она.

Смотревший на нее долгим взглядом де Монфор, наконец, решился сказать вслух то, что думал:

– Я поеду с вами. Одинокая дама, путешествующая даже без служанки, обязательно привлечет внимание грабителей.

– А ваша служба?

Мишель небрежно махнул рукой.

– Я уже больше года не брал отпуск. Вот как раз отдохну.

Следующую ночь де Монфор провел на службе. А утром, выпросив у кардинала отпуск, отправился к себе на квартиру. Мазарини посчитал, что после того нападения начальнику его охраны действительно лучше было на какое-то время убраться из Парижа.

Анна сидела на кровати. Одетая в черное с синими вставками платье, с воротником под горло, она бы выглядела очень строго и холодно, если бы не уложенные красивыми локонами волосы, добавлявшие ее виду кокетливой утонченности.

Карета подъехала к дому почти сразу после него. Мишель приказал слуге отнести вещи графини, быстро побрился, оставив лишь аккуратную эспаньолку, и, захватив все необходимое, что ему могло понадобиться в дороге, помчался вниз.