Белые птицы Долины Снов

Схватил девушку за руку, и помчались молодые вниз по склону, оскальзываясь, падая, катясь вниз к теплым защитным водам Юла.

Раднис то и дело оборачивался рыжим зверем и ловко перемахивал трещины в горе, лихо слетал с уступов. Карин же бежала в человеческой форме. Негоже незамужней девице являть парню свою вторую ипостась, неприлично! И традиционно. Хотя что в облике горной куницы бесстыдного? Стройная, гибкая, сильная, с блестящей белоснежной шерстью! Чай не свинка голая! Да и подруги в голос утверждают, что самая красивая среди них.

Впрочем, разве про принцессу дозволено иное говорить?

Но порядок есть порядок, и, сбивая ноги, царапая руки и лицо о кустарники и ветки, девушка неслась вперед, покуда хватило сил. Остановилась перевести дыхание. Оглянулась. Радниса не видно. Уже, наверное, у реки, в одной из пещерок в безопасности отсиживается.

А птица меж тем, пролетев над головой серебристой тенью, спланировала за гору, упала шумно, выпустив облако огня. Земля дрогнула, и все стихло. Только полосы дыма еще плыли по небу, медленно рассеиваясь под холодным ветром.

– Чего встала?! – дернул девушку за руку Лис. (Не сбежал, значит, не бросил её!) – Идем! Нечего тут делать.

– Надо посмотреть! Глянем, что там? Недалеко же! Сходим!

– Там может быть опасно, – буркнул Раднис недовольно. Его самого разбирало любопытство, но то, что идея исходила не от него вызывало протест и упрямство.

– Тем более! Близко не подойдем, но узнать, что за опасность, надо! Не хочешь, не ходи. Я сама справлюсь.

Подобрав юбки, Карин, перескакивая с камня на камень – любопытство придало сил! – побежала вверх по склону. Раднис хотел было ответить чем-нибудь резким, но промолчал, залюбовавшись ногами девушки, тонкими, стройными, покрытыми легким белым пушком, и двинулся следом. Разве он трус? И разве может бросить невесту в такую минуту, в такой ситуации?

Глава 2.

Дед-целитель, обритый наголо, в бурой тоге, пропахшей какими-то травами – наверняка, жутко волшебными, как же иначе?! – сидел, скрестив ноги, на потертом коврике и молча взирал на Кирилла узкими азиатскими глазами.

Понять их выражение не представлялось возможным из-за полумрака комнаты, вдобавок еще и окутанной вуалью дымков от курящихся палочек-благовоний. У Кирилла кружилась голова, но он терпел – зря что ли ехал в такую даль, на самый край соседней области, по рекомендации друга. Друг– бортмеханик в прошлом, а ныне завскладом ГСМ – единственный, кто посвящен в проблему.