Мир добрых чудес

Вмешалась мать: пусть, мол, дружат, все равно Майя в 10 класс не пойдет, тетка пристроит ее в какой-нибудь плохонький колледж и выпрет жить в общежитие, чтобы сбыть с рук.

Мишка взахлеб поведал это Мирозданью и объяснил, что волшебство нужно ему для того, чтобы вылечить ноги Майе и сделать так, чтобы та смогла поступить в институт, а не в какой-то заштатный колледж.

– Она такая способная! – Мишка от волнения аж прижал руки к груди. – Намного способнее меня, просто мне родители с детства нанимают множество репетиторов – вот и учусь на «отлично».

А Майя – ей просто дано!

– Так, пометим в Великой книге судеб, – пробормотало Мирозданье, листая какой-то толстый том. – Запишем: «Скромность – в наличии». А еще запишем… м-м-м… «Интеллект – в наличии». Невозможно учиться на «отлично», мой мальчик, не имея хороших мозгов, – тон у Мирозданья стал несколько менторским. Оно помолчало, размышляя.

– Значит, ты хочешь стать волшебником, чтобы помочь Майе? – теперь его голос казался задумчивым.

– Да, – горячо подтвердил Мишка. – Отец положил на мой счет много денег, целый миллион. Он требует, чтобы я после совершеннолетия начал «свое дело». А потом, когда я закончу институт и наберусь опыта, он сделает меня своим партнером. Я давно отдал бы эти деньги на операцию для Майи, но ведь все заберет эта тетка! И еще, – он понурил голову, – отец постоянно проверяет мой счет: на месте ли деньги. Но когда мне исполнится 18, я смогу тратить их, как захочу – и ничего он мне не сделает.

Как думаешь, Мирозданье, этого хватить на операции и на учебу? Боюсь, не хватит, – мальчик вздохнул.

Он уже советовался со своей бывшей няней, а ныне – домработницей в их коттедже. Немолодая, добродушная женщина гладила его по голове, причитала, что это о-о-очень большие деньги, но что сейчас цены таки-и-ие, что, наверное, миллиона не хватит. Она любила Мишку за его золотое сердце, за сострадание ко всем и вся, сравнивала со своим непутевым сыном, 30-летним бездельником, сидевшим на шее у матери, и втайне одобряла дружбу с Майей.

«Вот только, – переживала она, – как же ты потратишь отцовские-то деньги?! Он тебе не простит, под горячую руку из дома выгонит – и останешься на улице, нищим и голодным». Она знала крутой, своенравный характер Орлова-старшего и искренне тревожилась за судьбу своего любимца-Мишки.

– А ты сам отца не боишься? – поинтересовалось Мирозданье.

– Боюсь, – признался мальчик. – Его все боятся.