Тонкая Грань. Часть вторая

Теперь я точно знаю, что Виктор Степанович, явно в курсе последних дел, с одной стороны это нормально, все же он не какой-то там фанат или продажная тварь, но с другой стороны, он военнообязанный.

– Владимир Владимирович себя хорошо чувствует?

– Немного взволнован, но нормально.

– Тогда ко мне нет претензий. Я с ним как мужик с мужиком поговорил, и мы пришли к консенсусу.

– Так кто ты на самом деле? – Виктор Степович явно напрягся после этого вопроса, пусть он уже и старик, хотя ему около шестидесяти пяти, но военная служба и постоянные тренировки, вряд ли подорвали его здоровье и реакцию.

– Человек, который попал не в то место, не в то время и вообще моя хата с краю!

– Александр!

– Ладно, я действительно сегодня разбудил президента, уж очень не люблю, когда за моей семьёй следят. Даже сломал парочку рук.

– Так постой…Себирцев и Тимофеенко? – Сашин дедушка нахмурился.

– Я не спрашивал их фамилии, один высокий, ещё и татуировка дракона на руке, а второй без одного пальца, удивил, кстати, я ему правую сломал, – покаялся я.

– Так… рассказывай всё.

– А у вас допуск есть? А то я боюсь подставить вас, – я сделал робкое предложение.

– Ага, то есть ты хочешь сказать, что Сашеньке ничего не рассказал? – вот блин, уж он то, точно знает, что она моя подруга детства и главное остаётся ею.

– Рассказал, но в ней я уверен, а вот вы при всём моём уважении работаете на правительство, – да, Виктор Степанович, конечно крутой мужик, но я его старше настолько, что он передо мной даже не эмбрион, как и его прапрапра…мать с отцом.

Пускай я в социальной жизни среди варров особо не участвовал, да я времени больше провёл с тварями безумца, чем отдыхал или разговаривал! Теперь то я понимаю, что это было немного глупо, так как я мог получить новые знания и наработать навык общения, но что сделано – то сделано, «переигрывать» я уж точно не хочу и не буду.

– Ладно, но помните с этого момента, вы один из тех, кого я могу убить если что-то пойдёт не так.

Бумм….

Саша после моего монолога все же не удержала половник, который бухнулся на пол.

– Саш, на кону жизни моих родных, и уж прости за прямоту, но если мои друзья пойдут против меня, то они и не друзья вовсе. Думаю, ты сама понимаешь это.