Книга Эрстедов

Оставив их там, он юрко взбежал по лестнице помоста, на котором стоял «трон», если его так можно было назвать – крепкая каменная конструкция с вкраплениями мельхиора и изумрудных камней, больше напоминающая обычный стул, нежели что-то величественное. Только блеск драгоценных камней выдавал в стуле место, занимаемое самой Верховной ведьмой. Их провожатый смачно зевнул, затем плюхнулся на холодный пол поодаль от трона и уставился на семейство Эрстед, без особого интереса разглядывая их свысока.

Сами же ведьмы молча озирались по сторонам… Нарушал тишину лишь треск огня.

Элиза прижалась к маминой ноге, вцепившись руками в подол ее перепачканной юбки.

– Мамочка, почему он на нас так смотрит? Мне страшно…

Легкое дуновение ветерка коснулось их лиц, затем Кэт почувствовала запах серы и затхлости. В воздухе прогремел старческий, но очень твердый и властный женский голос:

– Насколько же ты не уважаешь свой ковен, что пришла сюда в таком виде… Словно оборванка, ты и твои дети.

Кэт не ответила, лишь уязвленно поджав губы.

Как будто она сама выбирала такую судьбу.

– Язык проглотила, Катарина Изабелла Эрстед? – голос старой ведьмы раздался в этот раз прямо за их спинами. Девочки от испуга аж вздрогнули, обернувшись на голос, но мать осталась стоять с гордо поднятой головой и не сводила взгляда с карлика на помосте, который начал хихикать, наблюдая за происходящим.

– Что такое? Ожидали увидеть старую, беззубую ведьму? – Произнесла Верховная и обогнула их по левую руку, встретившись лицом к лицу с Кэт.

Хоть голос Верховной и выдавал ее преклонные годы, в остальном она почти не изменилась с тех пор, как они последний раз виделись с Катариной. Тогда она была еще совсем девчонкой, а ее мать была чуть младше самой Верховной ведьмы. Однако, никому не было равных ей в ведьмовской силе, и с этим приходилось считаться всему ковену. Не удивительно, что ее волосы рыжей огненной гривой лоснились на покатых плечах, а пышная грудь едва ли умещалась в тесном корсете роскошного бархатного платья.

Ни единой лишней морщинки или признака приближающегося старения. Однако, для Кэт возраст ведьмы выдавали ее выцветшие глаза. Теперь они больше напоминали переспелые оливки, а кожа женщины выглядела такой натянутой, точно кто-то старался обтянуть раму холстом, который не был для того предназначен.

– Верховная… – тихо произнесла Катарина и присела на одно колено, прижимая к груди Демиена, о котором совсем позабыла.