Заговор Высокомерных

Кирилл Доронин швырнул в кресло свою кожаную сумку для документов, и снял пиджак, оставаясь в голубой рубашке и брюках. На Даше был тот же элегантный деловой костюм, что и утром. Идеально зауженный, он выгодно подчеркивал все изгибы женственной фигуры. Маленький кулон белого золота в виде нежной капли на ее шее приковывал взгляд к ямочке между точеными ключицами.

– Ко мне приходил следователь, – говорила Лисневская. – Страшно. Разве к людям просто так приходят следователи? Вдруг меня в чем-то подозревают?

– Ой, забей.

Будешь? – беззаботно сказал Доронин, наливая себе в бокал вина и стрельнув в сторону Дарьи взглядом бывалого сердцееда.

Лисневская отказалась, скривив нежно-розовые губки, поэтому он выпил сам.

– Просто проверяют всех клиентов этого француза, – стал рассуждать мужчина. – Что ты можешь знать? Ты же у него просто торты покупала.

– Ну да, – она кивнула. – Но все равно страшно.

– Успокойся, – он приблизился и нежно коснулся ее щеки.

Ее чуть низкий, с глубокими нотками, голос будоражил его слух и сводил с ума.

– Мне так плохо, Кирилл… Из-за всего этого.

Она часто дышала, кончики ее пальцев слегка подрагивали, а щеки казались бледнее обычного. Но в его глазах это лишь добавляло ее шикарной внешности магнетизма. А трогательную растерянность и волнение он трактовал по-своему. Они встречались в гостинице не так давно. И, конечно, каждый раз рисковали, ведь отец мог узнать об интрижке молодой супруги с пасынком. Однако в своих чувствах Кирилл был искренен.

Он действительно влюбился в живую и яркую красавицу. Впервые осознал это, наверное, тогда, когда она божественно пела на дне рождения отца в ресторане. Это был такой оригинальный подарок имениннику.

– Сейчас будет хорошо, – усмехнулся Доронин, наваливаясь на нее и мягко вдавливая молодую женщину в пышные волны покрывала.

– Ну, Кирилл, – попыталась слабо воспротивиться она.

– Шшш… – прошептал мужчин, задирая повыше ее юбку и торопливо расстегивая молнию на брюках.

Глава

X

Убийство модного кондитера всколыхнуло город. Утром в понедельник Кирилл первым делом направился к Миле. Опершись ладонями о стол, объявил:

– Грохнули твоего Шарлеруа. Это ж надо. Причем сразу после выхода интервью. Уже посчитали предварительно тиражи, я тебе скажу – рост существенный.

– Вот это повезло, – иронично заметила молодая женщина.

– Да ладно, я не сумасшедший, чтобы радоваться чужой смерти.