Тайны Оленьего парка

Тот был значительно выше неё, поэтому рядом с таким мужчиной у любой женщины возникало ощущение «каменной стены». Катю же никто не утешал. Хотя она бы тоже была рада вот так прижаться к кому-нибудь. Да почему же к кому-нибудь? К нему, месье Флоретту. Но пока её просто погладила по плечу Элисон Дюминить.

– Ты молодец, Катрин, – сказала экономка.

За Катей прислали ближе к вечеру. Она этого ждала. Маркиза вновь пригласила её в свои покои.

– Как мне вас отблагодарить, дитя?

Жанна-Антуанетта полулежала на софе и вальяжно обмахивалась веером.

Явно не очень хорошо себя чувствовала. Была чересчур бледна и, кажется, недавно плакала. Хоть и пыталась держаться бодро, но прекрасные голубые глаза предательски выдавали госпожу Помпадур.

– Не знаю, ваше сиятельство, – смущённо проговорила Катя. – Мне ничего не нужно. Разве что… можно мне иногда кататься верхом?

Помпадур чуть улыбнулась этой детской непосредственности и простодушию.

– Катрин, вы умная и смелая девушка, поэтому я хочу взять вас к себе.

Вы согласны?

Катя даже руками всплеснула. Совсем как здешние служанки. Многие их повадки уже переняла.

– О, конечно, мадам!

– Вы пробудете здесь ещё какое-то время, чтобы получше усвоить умения горничной. Ведь вы раньше никогда не работали, как я поняла. А когда я увижу, что вы готовы, перейдете ко мне в штат.

– С огромным удовольствием, ваше сиятельство.

Девушка вся светилась от радости. Хотя, если подумать, в её случае радоваться было нечему. Она ведь так и оставалась служанкой.

И к цели вернуться домой эти новые обстоятельства нисколько не приближали.

– Скажите, Катрин, от чего, по-вашему, могла понести Вальси? Я убедилась, что вы говорили правду на счёт лошадей. Вы действительно умеете с ними справляться. И ездите верхом не хуже мужчины.

Катя зарделась от удовольствия. И принялась рассказывать то, о чём как раз думала после всего случившегося. Конечно, как умелая наездница, она анализировала поведение кобылы.

– Вальси могла понести по многим причинам.

Давно не выезжала, застоялась. Испугана. Или под действием командного инстинкта. Но в данном случае это исключено. Скачущих лошадей рядом не было. Скорее всего, отвыкла от всадника, накопила много энергии, и испугалась громкого звука.

– Вот же капризница! – умилённо усмехнулась мадам де Помпадур, словно говорила о какой-то безобидной шалости своей любимицы.

А ведь эта шалость могла стоить ей жизни!

Больше госпожа её не задерживала.