Наследники графа. Армэль

Зачем ты ее мучаешь? – тихо сказала графиня.

И только теперь заметила мужа, наблюдавшего за происходящим. Виконт опустил голову. Александрин открыла глаза. Потянувшись к наклонившейся к ней Анна, она обняла мать за шею, и той пришлось взять девочку на руки, прижать к себе.

– Сокровище мое, как ты меня напугала!

– Армэль плохой, – жалобно сказала девочка.

В своем дневнике, которому посвящала все свои радости и переживания, она спустя годы писала:

«Как же тяжело мне с ним было порой.

Франция, провинция Берри, замок Лабранш, в тот же вечер

Наставник девятилетнего виконта Огюста де Лабранша, наконец, убедил мальчика, что пора укладываться спать. Ребенок хоть и желал еще почитать о подвигах древних рыцарей, но будучи послушным и спокойным, не стал спорить – спать, так спать.

– Когда же его сиятельство приедет ко мне еще? – спросил он тихо, ложась в постель.

– Граф написал, что сможет посетить нас лишь в конце октября.

Мальчик печально вздохнул. Как только за господином Бюжо закрылась дверь, Огюст сел на постели и стал смотреть на умирающее пламя свечи. В этот момент вошла служанка, чтобы поставить на стул в углу комнаты кувшин с водой для умывания.

– Ветер шумит и не дает вам уснуть, виконт? – спросила она.

Ветер действительно глухо выл за окном, заставляя подрагивать ставни.

– Да, я не могу уснуть, – пожаловался Огюст.

Пожилая женщина присела рядом, обняла его теплой рукой.

– Я все думаю о ваших родителях… – произнесла она. – Как они могли вас оставить? Если бы мы с моим Жоэлем тогда в молодости поженились, если бы у меня родился ребенок, я бы не смогла с ним расстаться.

– Почему же меня оставили? – спросил виконт, словно добрая женщина могла объяснить ему эту несправедливость.

– Наверное, у вашей матушки были на то веские причины. Граф привез вас сюда, когда вам было всего три месяца. Где вы родились, мы не знали. Как по вам все это время скучает ваша матушка, если она еще жива! А вы должны быть очень благодарны его сиятельству за все!

Мальчик, живший на положении воспитанника, которого приютили из милости, часто думал о своих родителях.