Леди предпочитают брюнетов

Мозг вновь и вновь прокручивал этот короткий момент их поцелуя, а тело требовало продолжения, хотя он уже несколько раз разрядился в ванной, когда душ принимал. С ума сойти, что с ним творилось!

Глава 6

На работу на следующий день Иван спешил, окрылённый вчерашним поцелуем. Думал о нём и дух захватывало. Он тогда на мгновение ощутил себя абсолютно счастливым. И теперь безумно хотелось то ощущение вновь испытать. Предвкушение встречи с начальницей приводило его в трепет. Но Маргарита буквально с порога охладила пыл юноши.

– Когда я брала вас с собой в поездку, то надеялась, что хотя бы вы справитесь с этим заказом. Новый человек, свежий взгляд… Но, кажется, обзавелась очередным псевдо дизайнером, не способным на серьёзные проекты.

Иван в полнейшем замешательстве крутил в пальцах ручку и смотрел перед собой. Щёки его порозовели. Он терпеть не мог критики в адрес своей работы. Это, пожалуй, характерно для многих мужчин. Что случилось? Чем он заслужил такое отношение? Марго нервно ходила по кабинету, обдавая всех присутствующих своим чарующим ароматом. Правда, поникшие сотрудники не расположены было наслаждаться запахом дорого парфюма или любоваться её очередным дизайнерским нарядом – элегантным брючным костюмом.

Наконец, сообщив, что говорить с ними бесполезно, Владыкина отпустила всех, кроме Ивана. Когда за подчинёнными закрылась дверь, Марго остановилась у своего стола, упёрлась в него ладонями, чуть склоняясь к Майорову, и произнесла, понизив голос:

– Думаю, не надо говорить, что из этого кабинета ничего нельзя выносить и обсуждать с кем-либо?

– Не надо, – кивнул Иван. – Это само собой разумеется.

– Вот и хорошо. Надеюсь, вы хотя бы как человек не разочаруете.

– Маргарита Валерьевна, – вдруг перебил её Иван. – Если к моей работе столько претензий и как специалист я вас не устраиваю, я готов написать заявление об уходе. Прямо сейчас.

Марго задохнулась от возмущения. Наткнулась на его решительный взгляд и села в своё шикарное кресло, мягко скрипнувшее дорогой кожей. Смотрел он сейчас на неё и понимал, что она недоступная, недосягаемая. А тот поцелуй – просто её прихоть и ничего более.