Баламутки

Естественно, я оторвалась от романа, дабы выяснить, кто тут у нас Мистер Ходячая Вежливость. Передо мной стоял совершенно лысый пожилой мужчина в кипенно-белых брюках и алой (алой!) рубашке. Он улыбался мне настолько красивыми имплантами, что я чуть не спросила телефон его стоматолога. К счастью, в последний момент я совладала с собой и просто кивнула:

– Добрый вечер.

Мужчина моментально подсел ко мне и с радостным видом поинтересовался:

– А вы знали, что создателем конвейерной сборки был вовсе не Генри Форд, а Воксхолл?

На мгновение я даже растерялась.

– Да-да, – подтвердил Мистер Вежливость. – Я и сам шокирован сим фактом. Чего только не узнаешь на старости лет.

Я кивнула. Он немного помолчал, а потом решил снова повысить мой культурный уровень:

– А еще тут на днях забавное вычитал. Оказывается, в начале двадцатого века эпидемия гриппа в Америке погубила больше полумиллиона человек.

На всякий случай я отодвинулась от него к окну.

– Меня, кстати, Максим зовут, – спохватился Мистер Вежливость.

– Понятно, – сказала я и стала молиться, чтобы туалет быстрее освободился, и навязчивый гражданин покинул мое общество. Ведь он же в туалет шел, правда?

– А вас как зовут? – немного подождав, спросил Мистер Вежливость.

Из груди невольно вырвался тяжелый вздох.

– Нина Львовна, – проскрежетала я только из-за природного такта.

– Вы учительница?

– Нет, пенсионерка.

Мистер Вежливость придвинулся ко мне ближе:

– А раньше ведь в школе работали, правда? Ну, признайтесь?

Меня прямо передернуло.

Я отложила книгу и смерила мужчину ледяным взглядом.

– Да, до выхода на пенсию я работала учительницей рисования.

– Я так и знал! – радостно хлопнул себя по коленке Мистер Вежливость. – Все-таки я прекрасно разбираюсь в людях.

Я скривила губы. Голубчик, если ты такой прекрасный душевед, почему не видишь, что достал уже своим обществом?

– Мы с вами коллеги, – радостно констатировал мужчина.

– Внуками, – буркнула я и сделала вид, будто увидела за окном что-то очень интересное.

Мистера Вежливость это ничуть не смутило, он по-дружески пихнул меня плечом и завопил, как помешанный:

– Везет вам! А мои – за границей, вижу их от силы раз в год.