Баламутки

Золотистые волосы, тонкие запястья и длинные кукольные ресницы – ух! Чем-то эта принцесса даже мою Тоню напомнила, наверное, выражением лица – открытым и слегка наивным.

– Ах, Лизонька, а мы вас уже заждались! – проворковала я, пропуская массажистку в прихожую.

– Извините, я немного заблудилась, – призналась та, скидывая розовые босоножки, сплетенные из тонюсеньких полосок. – Где дети?

– Проходите в гостиную, проходите, – подтолкнула я, радостно отмечая, что одета Лиза очень удачно: в короткие шортики и полупрозрачную маечку.

– Добрый день! – не поднимая головы, прошелестел зять, когда мы вошли в комнату.

– Здравствуйте! – Массажистка доброжелательно улыбнулась, а потом нашла глазами Сёму. – Привет! Это тебе мы будем делать массаж?

Сёма отложил баночку с бисером и крепко прижал к себе плюшевого мишку, которого последние три года почти никогда не выпускал из виду.

– Я что-то не уверен, что настроен на какие-либо процедуры, – деловито сообщил Сёма.

Лиза испуганно оглянулась на меня.

– Не волнуйтесь, он потом настроится, – поспешила успокоить я. – Просто Сёма у нас не любит быть первопроходцем. Очень ранимый мальчик. Очень впечатлительный.

Из-за кресла вдруг выскочила Танюша, вооруженная пластиковым мечом, и заорала, как полоумная:

– Сдавайся, стерва! А то мало не покажется!

– Внученька, это что за выражения? – зачастила я.

Танюшка сверкнула глазами и тут же исправилась:

– Сдавайся, исчадие ада! Или я отрублю тебе голову. – Она от души приложила массажистку мечом, а потом изобразила жуткий смех. – А-ха-ха!

Никита оторвался от телефона и угрожающе повел бровями.

– Татьяна, ты что себе позволяешь? Немедленно извинись перед тётей!

– Вот еще! – фыркнула Таня и, взобравшись на диван, стала на нем подпрыгивать, как на батуте.

– Ой, это же ребенок! Не стоит принимать близко к сердцу ее выходки, правда? – Я посмотрела в глаза массажистке с самым жалобным выражением, на которое была способна.

У нее, кажется, слегка испортилось настроение. Ну ничего, не страшно – поднимем!

– Ой, Лизонька, у вас такие чудные серьги! – на распев произнесла я и для пущей убедительности сложила ладони вместе. – Они поразительно подходят к вашим глазам.