Закованные в броню

Догадавшись по растерянному лицу маршала, что он только что наблюдал за его необычным участием в военных упражнениях, неугомонный Карл вскочил на ноги и изящно раскланялся в их сторону.

Куно фон Лихтенштейн с досадой отвернулся от окна.

– Этот мальчишка невыносим! – сердито сказал он.

Ульрих фон Юнгинген улыбнулся.

– Полно вам, маршал! Словно вы никогда не были молодым.

– Держу пари, ты его достал, – сказал Карлу Ротенбургу серьезный барон фон Дитгейм. – Ты дождешься, что он пошлет тебя на исправление воевать в Жемайтию или куда-нибудь еще.

– Что я могу поделать, если его так легко достать? – огрызнулся потный, взъерошенный Карл, снова растягиваясь во весь рост на траве. – Уф! Как я устал. Вы просто дьявол, князь! Вы даже не сбили себе дыхания!

Он раскрыл ворот белой нижней рубахи, в которой сражался, и через образовавшуюся щель блеснул на его груди небольшой нательный крест. К изумлению остальных, Острожский протянул руку, и его пальцы коснулись креста на шее Карла.

– Вы не возражаете, барон?

Польский князь внимательно осмотрел небольшой изящный плетеной работы крестик, в котором, по мнению Карла, не было ничего особенного.

– Увлекаетесь предметами старины? – невинно полюбопытстввал Карл. – В таком случае, ничем порадовать не могу. Крест принадлежит лично мне, мне одному, он и сделан-то был для меня.

– Когда вы уезжаете, князь? – спросил у Острожского барон фон Дитгейм.

– Через день-два, – рассеянно ответил поляк, думая о чем-то своем. – Завтра у меня последняя встреча в капитуле, а затем – увидимся в Плоцке на переговорах.

– Я с удовольствием встречусь с вами и в Плоцке, и в Торуни, – жизнерадостно подхватил Карл.

Тут уже оживился рыцарь де Фалавье.

– О! Я слышал, крестоносцы планируют пригласить польского короля в Торунь и устроить там грандиозные турниры в честь подписания мирного договора между Польшей и Орденом. Князь, я тоже надеюсь встретиться с вами там на поединке.

– Безусловно, – серьезно уверил его Острожский. – Сочту за честь сразиться с вами.

– А я не буду рисковать, – зевнув, сказал Карл. – Зачем? Не люблю падать носом в пыль.

– Куда же ты любишь падать? – поддел его мстительный де Фалавье, обиженный тем, что Карл сразу же предсказал исход поединка в пользу его противника.

– В объятья прекрасных дам! – с пафосом отозвался барон Ротенбург.

Все трое захохотали.